Молодой астролог Иданна пытается отвлечь опасного мага Гюнтера после развода мужа. Однако его взгляды на жизнь и желания неизменно привлекают Иданну, оставаясь одновременно и притягательными, и тревожными. В мире изменений и отчуждения она стремится сохранить баланс между собственными эмоциями и рисками, которые постоянно нависают над ней....
Ведьма так и осталась стоять перед ним на коленях, пока он не протянул ей свою руку и, как джентльмен, не помог ей встать. — На стол, — повторил он уже грубее и твёрже.
Очутившись на столе, сидя на краю с раздвинутыми ногами, Иданна успела увидеть себя в зеркале с размазанной по подбородку и шее вязкой смесью. И грудь, с затвердевшими бордовыми сосками и не полностью освобождённая от лифчика, блестела от влаги.
Иданна Трюггвир сейчас выглядела развратно и желанно.
Глава 13. Я умею удивлять
Иданна Трюггвир сейчас выглядела развратно и желанно.
Гюнтер Калле взял её под коленями и дёрнул на себя, чтобы развернуть на девяносто градусов, и теперь ведьма видела в зеркале себя сбоку, а не в анфас. И она знала, зачем он сделал так.
Рука Гюнтера опустилась ей на затылок вновь. Губы оказались на губах, а после и на шее. И на местах его прикосновений точно останутся следы — мужчина жадно втягивал кожу, лизал и покусывал ту, пока свободной рукой спускался от груди Гермионы до её пупка. Она порывалась расстегнуть застёжку на юбке, но встретилась с его предупреждающим взглядом.
— Оставайся в форме, — прорычал Гюнтер ей в шею и, пройдясь языком до уха, прикусил мочку. Он прижался ближе к столу, подступил теснее к Иданне и устойчиво расположился меж разведённых ног, закованных в чулки.
Мужчина оторвался от неё и, возложив ладонь на плечо ведьмы, толкнул её назад, молча приказывая лечь. Он проложил влажные дорожки от ключиц вплоть до живота, скользя кончиками пальцев по влаге, оставленной им, и следом вернул ладонь на шею.
— Оставим верёвки на следующий раз, — пощекотал Гюнтер нежную кожу над пупком Иданны, склонившись над её податливым телом. Прогнувшись в спине, она едва не захлебнулась собственной слюной, когда пальцы левой руки мага оказались у неё под юбкой. — Ты умеешь удивлять, — сделал мужчина первый круг и ввёл в неё одну фалангу. — Такая мокрая. Такая послушная. — Губы припали к соску, и зубы царапнули его.
Её стон напомнил всхлип, а мысли — хаос.
Иданна почувствовала, как головка его члена прижалась к её входу, который он терзал своими пальцами, то скользя вверх, то спускаясь вниз.
— Смотри. — Повернув голову Иданны набок, он вынудил её столкнуться с собственным отражением в зеркале напротив.
