Автор
Я скакал по длинным коридорам аэропорта, чемодан с грохотом колесами тянулся за мной. Волокла, как всегда, зарычала и орущая в очереди за талонами на питание, я стремительно прорывалась сквозь шумящую толпу китайцев, замешанных плотным клубом посевов. Вдали, голос пилота объявлял о приближении самолета....
Да еще всю семью подключил к процессу! Особенно активно уговаривала меня его двоюродная сестра Ритуся. Та самая, что любит дарить Платону носки со смешными надписями.
Она и мне недавно подарила. Беленькие, с подозрительной фразочкой «Совет да морковь», и сердечками в виде двух прижавшихся друг к другу хорошеньких оранжевых корнеплодов.
Простучали по деревянной лестнице каблучки. В кухню зашла, как всегда радушная, черноволосая и синеглазая красавица Катерина Андреевна, мама Платона. Это от нее брат Дима унаследовал свою потрясающую внешность.
— Как ты, дорогая? — спросила она, заботливо оглядев мой лежащий на коленях живот.
Мама Платона почти единственный человек в их большой и очень дружной семье, который меня не то, чтобы не любит, но относится с настороженностью. Хотя и делает вид, что все у нас отлично.
Может это карма у меня такая, что не любят меня мамы, ни моя, ни моего мужчины? Ну и пусть. Зато меня бабушка обожала, а сейчас Олюшка любит…
А может причиной подозрительности Катерины Андреевны ко мне является ее любимчик Дима, который так и не простил мне того давнего фингала.
Естественно, то, что перед этим он меня лапал и скальп с головы снимал, этот сорокалетний дитятко напрочь забыл.
Но как у него глазик заплыл от моей тяжелой руки, помнит отлично. Потому и кривит губы каждый раз, как меня видит. Да и шут с ним, он моему счастью не помеха.
Кстати, ту историю с попыткой Димы подставить его перед партнером, Платон никому не рассказывал.
Поэтому он, как деловой человек, в качестве компенсации морального вреда забрал у Димы его долю акций в «Соверго Тайм», и отстранил от любого участия в делах компании.
А как брат, не стал афишировать Димины художества в семье.
Я Платона за это не осуждаю — мне бы со своей родней разобраться."
"Ковяшкин, после того как его вытурили из страны, один раз попытался со мной связаться.
С бывшей подругой Машей я не общаюсь, и не интересуюсь ее делами. Контракт с ней Платон расторг, и сейчас его проектами занимается совсем другая компания.
Не знаю, к сожалению, или счастью, но за прошедшие полтора года мои отношения с мамой и сестрой лучше не стали.
