Автор
Она новый молодой преподаватель в институте. Примерная дочь, жена, умница и красавица. Он избалованный вниманием мажор, балагур и сорви голова. Девушки готовы на все, лишь бы он обратил на них внимание. Все, что он захочет, обязательно оказывается в его руках. Но однажды их взгляды пересекаются… И он готов поспорить, что эта училка будет его....
Вадик! Боже мой, милый мой мальчик – и он туда же? Я проклята? Что со мной не так? Почему мужики со мной спят, а детей делают на стороне?
Как дохожу до дома, не понимаю. На улице темно и холодно. Я замерзла. Голова разрывается от боли.
Вадим предупредил, что задержится. Он последнее время все чаще работает допоздна, и я не знаю, чем он занимается. Может, как и Антон? Но в клуб идти не хочу. Для чего? И что ему говорить? Что спрашивать? Я изначально не имею на это право.
Дома долго стою под струями горячей воды.
"Вадик приходит поздно. Я слышу, как он заходит и проходит в комнату. Обращаюсь вся в слух. Чувствую его присутствие, но он ничего не предпринимает.
Поворачиваюсь на другой бок и вижу его сидящим напротив, в кресле.
– Что-то случилось? – голос сипит.
Вадим смотрит на меня уставшим взглядом. Глаза воспалены. Тяжело дышит.
– Я думал… – начинает издалека, а мое сердце вот-вот остановится, накрывает паника.
Я не приняла никакого решения после появления его подружки. Я даже не знала, говорить ему или нет. Хотела оставить на завтра. Мне нужно было переспать с этим знанием, не хотела ругаться и пылить. Но его слова не предвещают ничего хорошего. Нутро леденеет.
– Надо поговорить.
– До завтра не терпит? – шмыгаю носом. Я заболеваю, черт возьми.
– Нет. Я не усну. Прости. Но, – он набирает воздуха в легкие и выпаливает, – нам надо расстаться.
Застываю.
– Расстаться на время. Да, звучит дико, но пока все складывается именно так.
– Что все? – голос пропадает, а воздух, кажется, больше не может проникать в легкие.
– Все, – он поднимается на ноги и проходится по комнате. – Это на время, для отвода глаз.
– Чьих? – усмехаюсь.
– Любых. Я не хочу, чтобы ты пострадала.
Я уже страдаю. Я так страдаю, что будто умираю.
– Значит, сегодня ты не останешься? – спрашиваю, сама еще не знаю, на что надеюсь. Будто цепляюсь за тростиночку, чтобы хоть еще пару часов провести с ним. Уже не с моим Вадиком.
– Ты слышишь, что я тебе говорю? – спрашивает.
– Слышу, – киваю и закусываю губу. Не плакать! Главное – не плакать!
– Мне нужно уйти. Писать и звонить не буду. И тебя прошу этого не делать. Дай мне время, и я все исправлю.
