Автор
В темной комнате я растягиваюсь, привыкая к неестественному тишине после сна. Вместо света зажигается холодный огонь, предвестник нового приключений. Каждый шум — будильник соседа или скрежет выключенной лампочки? Неизвестность висит над головой, готовясь разыграть очередную выходку своей тихо устроившейся квартиры....
Ты не знаешь, почему Антон так долго?
— К сожалению, ваш сын отчитывается перед вами больше, чем передо мной.
— Ладно-ладно... Скажешь тоже. Объясни мне, Анечка, пока Антона нет дома, что за ерунду ты
придумала со своим обращением в ведьму? Ведь я-то прекрасно понимаю, что ты сына моего за
нос водишь. Придумала себе какую-то инициацию.
Для чего всё это? Уж не водишь ли ты моего сына за рога? Может, подхватила что от любовника, а
теперь лечишься и признаться боишься?
Волосы неожиданно становятся влажными.
От возмущения я в одно мгновение вспотела.
Как она вообще смеет говорить подобные вещи?
Значит, не знает, что её сынок гуляет? Что именно он мог принести в дом заразу?
— Ольга Алексеевна, при всём уважении, вы сейчас давите на больное. О даре нельзя говорить в
таком духе. Проклятия ведь не придумываются, и порой дар сам защищает себя. Не хотелось бы
мне, чтобы вы вдруг дурно себя почувствовали. Вы ведь не чужой мне человек. У меня в мыслях
никогда не было изменять любимому человеку, а я за вашего сына вышла замуж по любви.
сами должны понимать это, ведь сколько мы живём вместе, практически все деньги Антона
уходят вам... В погашение ипотеки за квартиру, в которой живёте вы... в оплату вам санатория.
— Какого такого санатория? — изумлённо вспыхивает женщина. — Я сама себе санаторий
оплатила.
— Ну вот это вам надо у Антона спрашивать. Он уверял, что это он его оплатил.
Ольга Алексеевна задумчиво хмыкает. Создаётся ощущение, словно она слегка разозлилась на
своего сына.
Сейчас выложу все карты на стол. Вот только муженёк что-то долго тянет, словно попой чувствует, что любимка уже вещи собрала и готова выставить его из своей квартиры.
Слышу, как проворачивается ключ в замочной скважине
— А вот и Антон! Сейчас спросите у него, какой такой санаторий он оплачивал, и почему жена
сама оплачивает все покупки в магазине, — с улыбкой говорю я, но мои язвительные слова
задевают свекровь.
Может, муженёк любовнице подарки делал, а меня обманывал и заверял, что на маму свою
тратится? А может, он и ипотеку никакую не платит? Ну всякое же случается.
потом плачется, что он — бедный и несчастный? А мамочке, наверное, твердил, что он меня
задаривает? В золоте вся хожу, скоро сломаюсь вся под его весом.
Антон входит в квартиру с двумя букетами.
