Автор
В темной комнате я растягиваюсь, привыкая к неестественному тишине после сна. Вместо света зажигается холодный огонь, предвестник нового приключений. Каждый шум — будильник соседа или скрежет выключенной лампочки? Неизвестность висит над головой, готовясь разыграть очередную выходку своей тихо устроившейся квартиры....
Я как-то со своим горем сама справлюсь, а ты — со
своим. Ладно? Заходи уже, время приёма ограничено.
Бывший входит в бабулин дом. Он внимательно читает протянутую ему бумагу.
— А если не подпишу? Если я хочу получить шанс, Ань? Вроде даётся два месяца, чтобы супруги
могли помириться.
— Не в нашем случае, малыш. За два месяца стручок отсохнет уже... Так что ты не торгуйся, а
подписывай поскорее.
Хоть чувствую, что Антон сомневается, не до конца верит, что его действительно прокляли, а всё
равно трясущейся рукой ставит подпись на соглашении, которое я ловко выуживаю у него.
— А теперь переводи семьдесят косарей на бабулину карту.
— семьдесят? Почему так много? Я же на мели останусь.
— зато с сосисочкой живой будешь, — пожимаю я плечами. — За весь брак я у тебя ничего не
попросила, а ты жлобился — денежки на любовницу сливал, наверное.
В общем, давай, Антошечка. Долго ждать не могу. А картошечка протухнет, пока ты телишься.
— Какая ещё картошечка? Что ты мелишь, Ань?
— Да я почём знаю, какая? Давай быстрее.
Антон переводит деньги. Бабуля, конечно, в шоке от столь неожиданного подарка, но, смотрю, довольно улыбается. Наверное, решает, куда денежки потратит. Пусть наслаждается. Ей вот
отдохнуть точно не помешает. Пусть возьмёт себе отпуск и смотается куда-нибудь к морю, а я ей
ещё добавлю, мне же Бегемотик ещё отсыплет.
— всё.
Бабуля проверяет. Перевод уже капнул ей на карту,- и она согласно кивает.
— Отпускаю тебе предательство, пусть останется на твоей совести, а здоровью
твоему не навредит, — говорю я, вытянув руки перед собой и для пущего эффекта пошевелив
пальцами. — Снимаю с тебя все проклятия и оставляю один на один с чувством вины, которое
гнетёт, да вреда здоровью не принесёт.
Антон изумлённо смотрит на меня.
Мне кажется, он сейчас себя полным идиотом чувствует, но он и есть такой. Что уж поделаешь?
— И это всё?
— Ага, а ты чего-то ещё ждал? Можешь ехать восвояси.
в семье ведьмы были?
Антон подскакивает со стула и пулей вылетает на улицу. Надо бы посмотреть, чтобы машинку мою
не задел, когда отъезжать станет Выхожу и сталкиваюсь с муженьком. Он хватает меня в охапку и
прижимает к себе.
