Автор
В Аттикусе 2024 — любовь как оружие, способный изменить судьбу. Восемнадцатилетняя Ифа Моллой не боится трудностей и всегда готова помочь своему близкому Джоуи Линчу. Но теперь сама она нуждается в поддержке — как от сложных отношений, так и от внутренних уз.
— Он регулярно ходит на консультации? Не пропускает медосмотры?
Стиснув зубы, я предоставил Джону вести переговоры. В конце концов, это его профессия. А сам сжимал руки в кулаки и старался абстрагироваться, а если и включался в беседу, то только тогда, когда патриарх новообретенной семьи моих братьев и сестры призывал меня к этому.
Неугодный.
Всего одно слово, но самое точное, которое я смог придумать, чтобы описать то, что чувствовал.
Это не мое — ни униформа, ни сама школа.
Однако я молчал, позволив решать за меня одному из немногих людей, заслуживающих моего доверия.
В итоге меня отпустили с миром, снабдив расписанием и напутствием вести себя прилично. Ничего нового.
— Наслышан о нем.
— Тот еще кадр.
— В БМШ постоянно ввязывался в драки.
В коридорах перешептывались, когда я проходил мимо.
— Похоже, только и ищет повод поскандалить.
Я пропускал все реплики мимо ушей. Они меня не задевали. Я слишком много пережил, чтобы мнение левых людей выбивало из колеи.
— Он мой брат, — раздался знакомый голос.
— А он свободен?
— Ты не в его вкусе.
— А кто в его?
— Его девушка.
Я ухмыльнулся про себя.
Ситуация кардинально поменялась.
Сейчас Шаннон защищала меня.
Забив на всех комментаторов, я подмигнул сестре и пошел искать нужный кабинет, однако все равно опоздал: ориентироваться в этой школе оказалось не проще, чем в гребаном лабиринте.
— У него брали анализы? — Это был первый ехидный комментарий, который я услышал, когда очутился на уроке математики.
— Думаю, у него еще и ВИЧ, — подхватила соседка по парте говорившего."
"— Бакли, я давно твержу: твои мозги засохли у папаши на трусах, — встал кто-то на мою защиту.
Я повернулся на знакомый голос и увидел Гибси, который уже пододвинул мне свободный стул.
— А что касается твоей подружки, мисс гребаной свинки, — добавил он, презрительно глядя на ухмылявшуюся девушку рядом с парнем, — пусть лучше не открывает купальный сезон, иначе вода выйдет из берегов и нас всех смоет.
— Иди на хер, Гибси.
— На хер? Извини, там тобой занято.
Класс разразился смехом.
— Как твое ничего? — ухмыльнулся Гибси, когда я уселся рядом с ним.
— Гибс.
— Свершилось! Ты запомнил мое имя.
— А куда деваться, — философски пожал я плечами. — Нам ведь вместе торчать тут до следующего июня.
— Не в бровь, а в глаз, приятель. — Гибси со смехом ткнул меня в бок. — Не в бровь, а в глаз.
