Автор
Моя бабушка учила нас беречь свою семью, но моя сестра взяла чужого человека. Сегодня муж отмечает день рождения, и я тороплюсь переодеться в вечернее платье. Андрей уверяет меня: скоро будет ребенок, даже если жена Ева потеряла работу. Как эта новость повлияет на нашу семью?...
— Я шёл за тобой, и ты крикнула Ляле…
Как бы я ни хотела избежать позорной женской истерики, у меня не получалось. Губы затряслись, глаза резко наполнились слезами, и я задыхаясь выдала:
— Я все это время ждала, что ты приедешь! — я оттолкнула Кирилла. Не получилось. — Я даже себе боялась признаться, что отчаянно хочу, чтобы ты приехал и сказал, что все хорошо. Что все будет правильно, что ты не женат, в разводе, вдовец! Что-нибудь!
Слёзы душили. Я проглатывала слова.
— Я в разводе, — медленно сказал Кирилл, и его ладони скользнули к моему затылку, запутались в волосах, чтобы в итоге заставить меня уткнуться в тёплую, пахнущую апельсинами грудь Кирилла.
— Какая теперь разница! — вырвалось у меня со всхлипом. — Я так хотела, чтобы больше не было больно. Я же просила тебя тогда. Я же призналась тебе! А было все равно больно! И я почти решилась не рожать! И это тоже больно!
— Тш-ш-ш… — Кирилл прикоснулся губами к моему виску. Провёл тёплую полосу прикосновений, аккуратно приподнимая мокрое от слез лицо за подбородок.
— Тогда роди за меня, — уже в голос ревела я, не в силах справиться с гормональным скачком, а ещё с беспомощностью, которая накатила, как только Кирилл появился в поле моего зрения.
— Мы можем просто сделать кесарево сечение, — попытался найти компромисс Кирилл, и я ещё сильнее расплакалась. Вцепилась своими пальцами в его свитер, оставляя уродливые заломы и вмятины на шерсти.
— А дальше-то что? — не успокаивалась я, ловя губами на шее Кирилла нитку пульса и касаясь ее кончиком языка.
"— А дальше… — потерял нить разговора Бестужев. — Нет. Не так. Ева, сначала я тебе расскажу, как люблю тебя… Как с ума схожу. Как брежу. Как желаю. Только одну тебя. Чтобы только моя была. А я твой. Только твой, понимаешь? Без всяких левых баб. Но то, что случилось между нами… Такое, Ева, изменить нельзя, простить?
Глава 58
Кир. Два года спустя.
Детский всхлип раздался из-за двери. Я потёр глаза и коснулся острого плечика в веснушках.
— Ева, Дёмыч не спит… — голос со сна был хриплым, но Ева разобрала фразу и, взмахнув рукой, сквозь сон протянула:
— До восхода солнца он твой сын…
Да, кто-то пересмотрел мультиков накануне.
Я откинул одеяло и, стараясь не шуметь, прошёл в детскую.
Демид тянул на себя один из прутьев кроватки, а второй ручкой старался зацепить медведя из мобиля. Для полутора лет он был крайне упёртым.
В мать. Однозначно в мать.
Я наклонился к сыну и взял его на руки.
