Прямо перед тобой странная обстановка — что-то нереальное и неестественно. Может быть, это только видение? Или ты снова пытасься пересдать тот экзамен? Закроешь глаза еще плотнее, сосчитай до ста. Тебе кажется, что уснуть еще можно минут двадцать, пока не прозвенит будильник....
И когда я самым почтительным тоном спрашивала, могу ли я сегодня погулять в парке или сходить в церковь и помолиться на могиле матушки, она сначала елейным голосом говорила, что сегодня сыро и ветрено, я могу простудиться, поэтому мне лучше поберечься. Три раза простудиться, ага, у них тут или вечное лето, или просто я так в лето попала, я пока ещё не поняла. На второй день она заявила, что желает видеть меня при своей особе, а на третий раздражённо рявкнула – неужели мне нечем заняться самой, что я вечно спрашиваю о каких-то глупостях? Ну, я сделала несчастное выражение лица, глянула не на неё, а на короля, и спросила – неужели память о матушке – это такая уж глупость? Он же только отмахнулся – ступай, мол, детка, приходи потом.
Произошло ещё два бала. Один по случаю приезда посланника того самого Западного Предела, а второй согласно традиции.
Знаете, это когда у тебя в доме кот, и ты всё время помнишь, что он у тебя есть. Двери открываешь аккуратненько так, чтобы не запустить его, куда не нужно, или наоборот, в подъезд не выпустить. И ночью в темноте шагаешь осторожно – чтобы не наступить ненароком. Вот я тут и хожу, как с тем котом – чтобы не наступить ненароком в то, во что наступать никак нельзя.
Как мне рассказывала Мира, часть дам исполняли приказания королевы, а другая часть – вымещали на мне разные свои проблемы.
"Кстати, тот посол, оказавшийся дядечкой в годах, седым, невысоким, и кругленьким, произвёл хорошее впечатление. Он тоже один раз пригласил меня на танец, к счастью, на гранд-марш, где невозможно ошибиться, и остался доволен. Сказал – всё доложит своему королю.
