Автор
Измена гордым никто не прощает: в шумном офисе обсуждают рекламный слоган для ламината. Воздух дымящегося кофе и сигар добавляет непростого настроения и напряжения, когда главный тревожный сигнал залетел Французу в карман рубахи от заказчика, не предвещая ничего хорошего....
А сейчас, в этой ситуации мне сложно представить даже, что ей вдруг захотелось доставить удовольствие мне таким образом...
Ловлю за локоть, удерживая от того, чтобы встать на колени. Это так дико глупо! Но мне кажется, что придя сегодня в мой дом, она преследует какие-то, пока для меня неочевидные, цели! А значит, и минет ложится в канву задумки! И я не желаю, чтобы она это делала не по велению сердца! Мне самому смешно от таких вот детских глупостей! Но... Как есть.
-Дани... - срывается мой голос, выдавая с головой, как сильно этого хочется телу.
-Ты не хочешь? - в её голосе мне отчётливо слышится обида.
Не понимаю. Почему вдруг...
-Ну, конечно, хочу, - трогаю подушечкой большого пальца её нижнюю губу. Она так красиво, так чувственно сминается, что я уже не просто хочу, у меня мозг кипит, и кровь кипит от одной только мысли, что она вот сейчас этими губками обхватит мой член! - Но я понять не могу, зачем ты пришла ко мне! Кузнецов разучился доставлять удовольствие женщинам?
В условиях кабинки, конечно, особенно размахнуться у нее не получается, но из-за воды по травмированной Миром щеке мне прилетает с таким громким влажным шлепком, что кажется, будто в кабинке что-то взорвалось.
Оскаливаюсь, непроизвольно прижимая свою ладонь к щеке.
- Я не хотела, - шепчет она, вжимая голову в плечи.
Не жестить, Трофимов!
Но я и так столько терпел, стараясь держать в руках все свои обиды и раздражение!
Меня срывает. Потому что не понимаю ее сейчас! Потому что я ей не верю, отказаться от нее хочу, но не могу! И знаю, что не смогу никогда!
И не замечая ее испуганного взгляда, с рыком набрасываюсь на дрожащие губы!
Кусаю.
"И да! Мне хочется причинить ей боль! Меня на части разрывает это нелепое разнообразие желаний - любить, ласкать, обижать ее, делать больно так, как сейчас больно мне. И дело вовсе не в физической боли!
Но физическая боль - это просто самое легкое сейчас, самое доступное.
Кусаю ее шею. Оставляю засосы! Пусть будут следы! Пусть Кузнецов видит и знает, что Дани сегодня принадлежала мне! И злорадное удовлетворение обжигает извращенной радостью! Да. Мне это нравится!
Как нравится ощущение ее груди, сминаемой моими пальцами, ее задницы, которую мнут мои руки! Как нравится и то, как ее ногти вспарывают кожу на моей спине!
Она стонет, запрокинув голову вверх и подставив лицо под струи тропического ливня.
