В непроглядной тьме подземелья каждый звуке кажется призраком — лишь ритмичный стук воды по каменным стенам и дыхание собственной крови напоминают, что жизнь не ускользнула. Кровавый след на поверхности камня говорит о том, что очередной изнурительный бой завершился смертью одного из могущественных чародеев, и теперь место подверглось новому обряду воскрешения, в котором лишь смелые духи способны принять участие....
Вначале ничего не происходила, но вот по черноте космоса пошла небольшая рябь, и в межзвездном пространстве вспухли пузыри.
Проваливаясь внутрь себя, они лопались, образуя отверстия похожие на червоточины, из которых плотным строем начали вылетать металлические кубы, стоила им покинуть дыру, и они тут же начинали распадаться на сотни фрагментов, представлявших собой нечто похожее на металлических пауков, устремившихся к видневшейся впереди планете, от которой уже летели защитники.
Сотни блюдообразных кораблей, выпускавших из себя тысячи крохотных искорок, оказавшихся похожими на наши самолеты.
Вторая сторона не оставалась в долгу, хлестая по врагам сиреневыми разрядами похожими на молнии, буквально испаряющими корабли врагов. Огненные искорки, выпущенные в начале боя, словно жалящие мошки, наваливались на паукообразные судна, заставляя их огрызаться и отражать их атаки, они так же добивали атакованные корабли и, нанося повреждение целым, как могли старались помочь своим.
Захваченный зрелищем, забыв обо всем, я невольно начал болеть за тарелкообразные корабли. В конце концов, они ни на кого не нападали, а пытались защитить свой дом. Но их дела оказались плохи: один за одним сквозь дыры в пространстве прибывали всё новые судна захватчиков, привозя подкрепления.
Всё меньше оставалось серебристых кораблей в темноте космоса, продолжавших вести уже проигранный бой, еще не успели добить последних, как к планете сквозь дыру в пространстве устремились новые звездолеты похожие на огромные дирижабли. Достигнув планеты, они раскрывались по всей длине, и вниз посыпались чёрные металлические горошины. Падая на планеты и раскрываясь, они выпускали из себя сотни паукообразных существ.
— Вторжение на Кандию. Захват мира с последующим истреблением населяющего её вида разумных живых существ, — прокомментировала увиденное Динь, так я решил её про себя называть в память о фее помощнице, помогавшей Питеру Пену.
— Конфликты и конкуренция за ресурсы, технологии, жизненное пространство существовали и будут продолжаться всегда, — добавила девушка. — Только по мере развития науки и техники они становятся всё разрушительнее, неся опустошение и непоправимый вред вселенной, — по мере ее слов на моих глазах разворачивалась новая схватка.
