В непроглядной тьме подземелья каждый звуке кажется призраком — лишь ритмичный стук воды по каменным стенам и дыхание собственной крови напоминают, что жизнь не ускользнула. Кровавый след на поверхности камня говорит о том, что очередной изнурительный бой завершился смертью одного из могущественных чародеев, и теперь место подверглось новому обряду воскрешения, в котором лишь смелые духи способны принять участие....
Не найдя ничего интересного для себя, воин подошёл к убитому мной скорпиону, уважительно что-то буркнув, и стащил с головы монстра шлем, что я пытался прорубить, и протянул мне.
— Держи, стеклосталь — редкая штука. Сейчас такие уже и забыли, как делать, после того, как стеклодувные мастерские Аммараха были разрушены.
Я, взяв подарок, с удивлением заметил, что вмятины от моего удара на предмете нет. О чём удивленно сказал вслух.
На это грул лишь насмешливо фыркнул:
— Это ж стеклосталь. Она со временем восстанавливает изначальную форму, задуманную мастером.
Закончив сбор добычи, мы продолжили наш путь вперёд до места схватки Грула со свитой сатха из трех дюжин кукол. Здесь он в одиночку сдерживал их всех, давая возможность Эшлин атаковать их хозяина. Тела были повсюду: разрубленные, разорванные на куски, усеивая небольшой пятачок, и пока я осматривался по сторонам, минотавр в привычной ему манере принялся обыскивать тела в поисках чего-то ценного.
— А что ты сделал? — не выдержав, спросил я, пользуясь возможностью узнать что-то новое.
— Переместил их в хранилище, — ответил Грул, а потом с подозрением посмотрел на меня. — А ты вообще интерфейсом пользоваться умеешь?
И глядя на смутившегося меня, протянул:
— Да-а-а, на окраинах совсем разленились и не хотят работать.
Я, не зная, что на это сказать, просто промолчал, но слова Грула запомнил. После возвращения отсюда, думаю, мне стоит наведаться в центр и поговорить с одной порхающей особой.
Тем временем Грул явно довольный полученной добычей показал на небольшой камень на земле:
— Сосредоточь свой взгляд на нём, — я быстро последовал его команде.
