В непроглядной тьме подземелья каждый звуке кажется призраком — лишь ритмичный стук воды по каменным стенам и дыхание собственной крови напоминают, что жизнь не ускользнула. Кровавый след на поверхности камня говорит о том, что очередной изнурительный бой завершился смертью одного из могущественных чародеев, и теперь место подверглось новому обряду воскрешения, в котором лишь смелые духи способны принять участие....
Я с Грулом, переглянувшись, подошли ближе. Внимательно осмотрев стену, минотавр удивлённо хмыкнув, начал оглядывать пространство вокруг. Ещё минут через пять они вместе с лучницей, облазив всё вокруг в поисках рычага или кнопки, способной открыть потайную дверь, так ничего не найдя, решили приступить к силовому варианту.
Здоровяк, убрав свой топор за спину, на миг замер, а следом в его руках возникла массивная кувалда, которой он, хекнув, треснул по стене. Во все стороны полетела каменная крошка, чуть не задев меня.
В конце концов, закончив и громко выдохнув, силач отошёл в сторону. И Эшлин активировала знакомые свитки: сначала проверив потайную комнату на предмет ловушек, затем снова использовала поисковый свиток. Чуть выждав, щелчком пальцев зажгла небольшой огонёк, ярко осветивший всё вокруг, в том числе и небольшую комнату, проход в которую нам раскрыл Грул.
Там возле стены я увидел два небольших шкафа со стеклянными дверками, закрывавшими содержимое от пыли и, видимо, злоумышленников, потому что отчетливо виден красный свет, исходивший от них. Девушка приглашающе махнула рукой, но я отрицательно покачал головой, отступив на шаг назад.
— Ну же, — потребовала она. — Открывай.
— Сначала сними ловушку на шкафе, — возразил я, делая ещё шаг назад.
Эш гневно ощерилась, уставившись на меня. Злобный оскал исказил её лицо, превратив в какое-то подобие уродливой маски. И я понял, что это и есть её настоящий облик. Всё это время она лишь сдерживала себя хоть и с трудом. Оглянувшись, я посмотрел на Грула, как-то незаметно сместившегося в сторону, оказываясь от меня сбоку.
Эш, делая небольшие шаги, неторопливо сближалась со мной и, глядя в глаза, почти шипя, произнесла:
— Мальчик, не зли меня.
«Угу, так я тебе и поверил», — подумал я, видя, как Грул незаметно снова начал сдвигаться в сторону, отрезая путь к отступлению.
