В непроглядной тьме подземелья каждый звуке кажется призраком — лишь ритмичный стук воды по каменным стенам и дыхание собственной крови напоминают, что жизнь не ускользнула. Кровавый след на поверхности камня говорит о том, что очередной изнурительный бой завершился смертью одного из могущественных чародеев, и теперь место подверглось новому обряду воскрешения, в котором лишь смелые духи способны принять участие....
Возле неё Сатия остановилась и указала на табло с множеством строк, в каждой из которых виднелся вращающийся символ планеты, а рядом бежали незнакомые знаки, в которых знакомое мне марево, возникшее перед глазами, опознало цифры.
Напротив голубого шара Земли изменился счет, и вместо одиннадцати тысяч семьсот возникли новые цифры: одиннадцать тысяч восемьсот пятьдесят, что позволило сдвинуть нашу планету вверх на одну строчку, сдвинув вниз крохотный красный шарик."
"— А кого это мы сейчас потеснили? — с интересом спросил я, глядя на табло, делившееся на цветовые сегменты.
— Планета Вильма, — ответила Сатия, мимоходом бросив взгляд на таблицу. — Кстати, ваши соседи по звездной системе, вы называете эту планету Марс, — после всего произошедшего новость, что на Марсе есть жизнь, не смогла меня удивить, моя способность поражаться чему-то новому, кажется, заполнена на годы вперед. Просто принял к сведению. И продолжил смотреть на таблицу.
Несмотря на сегодняшний прогресс, наша планета была в самом внизу, деля низ таблицы с ещё шестью явными аутсайдерами.
— А это ещё что такое? — спросил я, указав на символ
Сатия, устало вздохнув, отвела взгляд, затем нехотя произнесла:
— Лаэль, — Сатия использовала имя, придуманное мной, для аватара.
