Взгляды переплетаются в тихом фойе больницы: дверь скрипит, а перед нами ставится загадочная парочка — Леонид Максимович с его подозрительным взглядом и Марией с легкой улыбкой. Курить он пришел, спрашивает он, и в его словах — доля шепота и нерешительности. Это начало обнажает тонкую сердцевину чужого мира, где смерть и надежда смотрят на жизнь из-за уголка....
И что никакие препятствия не должны этому помешать.
– Хм, препятствия… Да уж, узнаю Лену. Но ты сказал, что у вас с Настей будет ребенок?
– Сказал. Но у Ленки и на этот счет имелось рациональное решение вопроса.
– И какое же, интересно?
– Деньги. Надо зарабатывать больше денег, чтобы помогать Насте с ребенком. И что она допускает подобные с моей стороны отклонения, как всякая умная женщина. Да, да, так и сказала – отклонения… И чтобы я ничего романтического в связи с Настиной беременностью себе не придумывал.
– Юрк… Я думаю, на самом деле ей очень больно, наверное. Как и всякой женщине в подобных обстоятельствах. Просто она пытается держать лицо. А еще пытается вложить в тебя сомнения в правильности принятого решения, пусть хоть таким неказистым способом.
– Почему же неказистым? Ленка бы сейчас на тебя очень обиделась, если бы узнала, что ты назвала ее метод воздействия неказистым.
– Да, сегодня пятница. Почти суббота. И мне надо решить, Юрка.
– Что решить, мам?
– Оставаться или уйти.
– Куда уйти? К Джанику?
– Да.
Юрка вздохнул, молча отодвинул от себя пустую кружку. Потом положил на столешницу ладони с красивыми ровными пальцами, проговорил тихо:
– Отца жалко. Он тебя любит.
– Да, я знаю. И я еще ничего не решила, Юр.
– Да все ты решила, мам. Давно все решила подсознательно, а нерешительностью свое сознание обманываешь. Это ж ясно… Погоди, у меня телефон в комнате звонит! Я сейчас, мам.
Вскоре он вернулся на кухню с телефоном, сел рядом с Марсель, и ей поневоле пришлось услышать, как рвется наружу Ленкин победный голос:
– Да, Юрка, да! Ты представляешь? Да, мой проект победил на конкурсе! Господи, я сама не своя от счастья, такая карьера впереди! Дух захватывает! И еще, Юрочка, я поняла… Поняла про нас с тобой одну вещь…
Голос Ленки зазвучал тише, но все равно было слышно, как она проговорила, четко расставляя слова, будто гвозди в стену вбивала:"
"– Я поняла, Юр, что мне в этой жизни важнее.
