Подпоручик Сабуров берется расследовать кражи в торговом доме купца Пожарова. Вместе с денщиком Артамошкой он выясняет, что один из приказчиков скрывает настоящую личность. Опасное раскрытие тайны грозит втянуть героев в преступный мир, где каждый шаг может стоить жизни.
Эта страница Chitat.online посвящена книге «Изобличитель. Кровь, золото, собака»: читатель видит описание, автора, жанры и может сразу перейти к чтению полной версии в браузере.
Подпоручик Сабуров берется расследовать кражи в торговом доме купца Пожарова. Вместе с денщиком Артамошкой он выясняет, что один из приказчиков скрывает настоящую личность. Опасное раскрытие тайны грозит втянуть героев в преступный мир, где каждый шаг может стоить жизни.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Подпоручик Сабуров берется расследовать кражи в торговом доме купца Пожарова. Вместе с денщиком Артамошкой он выясняет, что один из приказчиков скрывает настоящую личность. Опасное раскрытие тайны грозит втянуть героев в преступный мир, где каждый шаг может стоить жизни.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
– Мне это уже говорили, – сказал Ахиллес. – Может, когда-нибудь и займусь на досуге… Итак… Пана Казимира целеустремленно травили – и, несомненно, собирались прикончить после венчания, выждав для приличия определенный срок. Обитателей дома и жителей села пугали чертовщиной, создавая впечатление, что она распространилась по всей округе. Ну а для вящей надежности пускали в ход и другие ухватки, – он достал из кармана лист пергамента и развернул. – Вроде этого «письма предка», так кстати обнаруженного в архиве паном Мачеем… который, несомненно, сам его и изобразил. Вы сделали всего одну, но роковую ошибку, пан Мачей. Я имею в виду заглавную буквицу. – Ахиллес поскреб ее ногтем. – Нарисовали ее берлинской лазурью – а эта краска была изобретена в Германии в тысяча семьсот четвертом году, столетия через полтора спустя после того, когда якобы было написано письмо… Ошибочка… С каждым может случиться…
Мачей сгорбился, закрыл лицо руками так, что это было красноречивее любых слов.
– Тряпка, – презрительно бросила Иоланта.
– Ну зачем уж вы так, – великодушно сказал Ахиллес. – Человек просто не умеет хладнокровно проигрывать, вот и все…
– Любопытно, а кого из нас вы намерены обвинить в убийстве этого мужика? – спросила Иоланта.
– С формальной точки зрения – никого, – сказал Ахиллес. – Никто из вас не убивал сам. Но один из вас подсунул склянку с ядом деревенской дурехе, наврав, будто это приворотное зелье – она как раз хотела всерьез приворожить этого богатенького хозяина…
– Как любопытно… И она сказала вам, кто?
– Не успела, мадемуазель Иоланта, – сказал Ахиллес. – Ее убили. Между прочим, ножом, как две капли похожим на тот, что лежит передо мной на столе.
– Мало ли таких ножей! – вырвалось у Алешки.
– Немало, я думаю, – сказал Ахиллес (он решил на сей раз не читать лекций о дактилоскопии, оставив это полиции). – А вот если поговорить о другом… Я уверен: когда обыщут ваши комнаты, господа и мадемуазель, там наверняка найдется немало интересного – и всевозможные зелья, и «волшебный фонарь», возможно, что-то еще, не менее интересное. Это вы сейчас усиленно храбритесь. Но когда в преступлении замешаны несколько человек, рано или поздно они всегда начинают топить друг друга, перекладывать друг на друга большую часть вины. И это время для вас наступит очень скоро, слово чести. Врачебное заключение о том, что Капитанов был отравлен неизвестным веществом, как раз и способным вызвать паралич сердца, у меня уже есть.
