На галерее над Волгой стоял мужчина, озабоченный великими размышлениями. Он не знал, где находится – ни на берегу, ни под открытым небом. Здесь же, за высокими деревянными перилами, проходила широкая досками галерея, любимое место прогулок горожан. Волга и другой берег открывались на несколько верст в обе стороны через этот откос....
– Ахиллес Петрович, есть личное указание премьера Столыпина: как можно быстрее укомплектовать Московскую сыскную надежными кадрами и обеспечить ее эффективную работу. Так что на вашем месте, верьте мне, я бы совершенно выбросил из головы все эти ваши «неприятности». Дело будет решаться на таком уровне, что… И досрочный выход в отставку с присвоением следующего чина вам обеспечат, и «дело» ваше отправится на съедение мышам. Правда, не буду скрывать: это займет не дни и даже не пару недель. Месяц с лишним как минимум.
– Значит, мне нужно вас благодарить? – усмехнулся Ахиллес.
Никодимов ответил серьезно:
– Для меня лучшей благодарностью будет ваше согласие. И вот еще что… Тысячу раз простите, что вторгаюсь в ваши личные дела, но ситуация этого требует, еще и еще раз простите… Мне известно, что есть некая молодая особа, влюбленная в вас столь же крепко, как вы в нее, что вы твердо намерены обвенчаться.
– Правильно, – суховато сказал Ахиллес. – Это обстоятельство чему-то мешает?
– Да что вы, наоборот! Здесь, кстати, для вас еще одна выгода: перейдя на нашу службу, вы избавитесь от этого стоящего сейчас перед вами барьера – я о том, что офицер не имеет права жениться ранее двадцати трех лет.
– А вас на моем месте она не радовала бы? – усмехнулся Ахиллес."
"– Безмерно, – кивнул Никодимов.
