— Ты хочешь вернуться к своему жениху?
— Думаешь, я хочу остаться с Римо? — пробормотала я. — Он похитил меня. Он держит меня запертой в комнате. Он мой враг. Секс этого не изменит.
Киара внимательно посмотрела на меня.
— Может быть, есть шанс на мир между Нарядом и Каморрой. Ты могла бы быть этим шансом. Что-то хорошее может родиться из акта жестокости.
— Но этого не будет. Мой отец, мой дядя, мой жених, мой брат никогда не согласятся ни на какой мир. Они гордые люди, Киара. Ты же знаешь, как устроены люди. Римо забрал меня у них, украл мою… украл мою невинность.
— Ее либо украдут, либо отдадут.
Я отвернулась.
— Они так не считают. Он что-то вырвал у них, забрал то, что они считали своим. Он оскорбил мою семью, моего жениха. Они не забудут и не простят. Они отомстят. Они отомстят за меня с жестоким намерением.
— Ты хочешь отомстить?
— Римо похитил меня. Он забрал у меня все.
— Все? — с любопытством спросила Киара.
— Все, что имело значение."
"Я снова взяла палочки и продолжила есть, надеясь, что Киара поняла намек на то, что я больше не хочу разговаривать.
• ────── ✾ ────── •В ту ночь Римо снова пришел ко мне в спальню. Я ждала его и ничего не сказала, когда он бросил кобуру на пол и лег рядом со мной. Я только смотрела на него, пытаясь понять его, себя, нас. Но я видела в его глазах то же смущение, которое чувствовала каждый раз, когда он был рядом.
Мы оба были пойманы подводным течением, затягивающим нас в его неумолимую глубину, неспособные самостоятельно выплыть на поверхность. Единственные люди, которые могли спасти нас, хотели спасти только одного из нас и увидеть, как тонет другой, но мы были запутаны. Один из нас должен отпустить другого, чтобы первым достичь поверхности.
И точно так же, как прошлой ночью, рот Римо заставил меня подчиниться, губы, язык и зубы, резкие в одно мгновение, нежные в следующее. Он не пытался переспать со мной, и по какой-то причине все стало еще хуже, потому что я не хотела, чтобы он сдерживался. Я хотела, чтобы он принял это без раздумий, без пощады. Потому что когда он был чем-то большим, чем монстром, каким я его знала, он брал то, что я была менее готова отдать.
Он прижался к моей спине, тяжело дыша, его эрекция требовательно толкалась в меня.
— Когда ты освободишь меня? — спросила я.
— Скоро, — пробормотал Римо, не вдаваясь в подробности.
Почему-то я услышала эхом слова «никогда». Никогда. Никогда. Никогда. И это пугало меня не так сильно, как следовало бы.
Я подумала, не спросить ли о простынях. Данте, должно быть, уже связался с Римо. Но я была слишком напугана, не хотела знать их реакцию. Губы Римо коснулись моей лопатки.
— Ты всегда так делаешь.
Напряжение пронзило его тело, как будто я застала его за совершением ужасного преступления.