Автор
В мире обнаженных тел и жестоких инстинктов, эта история описывает необычайную связь между двумя людьми, где одна сторона наслаждается физической болью, а другая терпит это. Атмосфера这本书笼罩着一股危险的气息，主角在欲望的深渊中挣扎，而她的伴侣则引领她走向无法摆脱的诱惑。
Похоже, «Извращенная гордость» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Для этого случая я выбрала свободные льняные брюки.
После этого я порылась в медикаментах. Сэмюэль все мне объяснил, чтобы я была готова, если что-то случится, а не чтобы использовать это против них. Я схватила шприц с адреналином и один с успокоительным. Надев толстый кардиган, я засунула шприцы в карманы и вернулась наверх.
В доме было тихо. София, вероятно, читала в своей комнате перед сном, и мама, скорее всего, делала то же самое.
Телохранители были в своих комнатах в задней части дома, и двое охраняли забор, окружающий сад.
Я хотела пойти к матери, попрощаться, извиниться за то, что собиралась сделать, но слов было недостаточно, чтобы объяснить мое предательство. Слова были слишком незначительны. Они никогда не поймут. Я попробую позвонить ей позже, когда мы будем в безопасности.
Перекинув сумку через плечо, я схватила Невио и Грету и тихонько вышла из детской.
Я застыла, когда увидела Софию, стоящую в дверях в розовой ночной рубашке, с растрепанными каштановыми волосами.
— Куда ты идешь?
Я обдумывала, что ей сказать, как объяснить двенадцатилетней девочке, что я сделала и собираюсь сделать.
— Я ухожу. Я должна.
Глаза Софии расширились, и она подошла ко мне босиком.
— Из-за Греты и Невио?
Я кивнула. Она была молода, но не настолько, как нам всем хотелось бы думать. Она остановилась прямо передо мной.
— Ты покидаешь нас.
Я с трудом сглотнула."
"— Я должна, божья коровка.
София посмотрела на моих близнецов. Она наклонилась и поцеловала каждого из них в щеку, ее глаза наполнились слезами, когда она посмотрел на меня. Мое сердце сжалось.
— Я знаю, что о них говорят, и ненавижу это. Но я не хочу, чтобы ты уходила… — ее голос сорвался.
— Я знаю. — я пыталась сдержать эмоции. — Обними меня.
Она обняла меня и близнецов, и мы так и остались на мгновение.
— Пожалуйста, никому не говори.
Она отстранилась с понимающим видом.
— Ты собираешься вернуться к их отцу?
Я кивнула, полуправда, но Софии не нужно было знать, что наша семья и ее будущий муж в настоящее время мучают человека, о котором она говорила.
— Ты любишь его?
— Я не знаю. — призналась я.
София на мгновение смутилась, но потом кивнула, закусив губу, и слезы снова навернулись на глаза.
— Папа больше не позволит мне видеться с тобой, правда?
Я сглотнула.
