Автор
В мире обнаженных тел и жестоких инстинктов, эта история описывает необычайную связь между двумя людьми, где одна сторона наслаждается физической болью, а другая терпит это. Атмосфера这本书笼罩着一股危险的气息，主角在欲望的深渊中挣扎，而她的伴侣则引领她走向无法摆脱的诱惑。
Похоже, «Извращенная гордость» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
"
"— Как ты можешь знать, что предпочитаешь, если никогда не испытывала ни того, ни другого? Ни боли… — он слегка коснулся губами моего рта, не для поцелуя, а для угрозы. — Ни удовольствия. — Дрожь пробежала по моей спине. В горле пересохло, руки и ноги отяжелели. — Я хочу показать тебе оба, Ангел. — он замолчал, его темные глаза впились в меня. — Но я боюсь, что ты скорее убьешь себя, чем отдашься мне. — он вытащил нож и положил его рядом со мной. — Ты должна закончить свою жизнь, выбрать легкий путь, потому что никто не придет, чтобы спасти тебя, и я не остановлюсь, пока не сломаю тебя, тело и душу.
Я ему поверила. Как я могла не заметить решительности и холода в его темных глазах? Я потянулась за ножом, села и приставила лезвие к горлу Римо. Он не вздрогнул, только посмотрел на меня тревожными глазами.
— Я никогда не убью себя. Я не поступлю так со своей семьей. Но ты никогда не сломишь меня. Я тебе не позволю.
Римо склонил голову набок, снова с намеком на любопытство.
— Если ты хочешь убить меня, сделай это сейчас, потому что у тебя не будет другого шанса, Ангел.
Моя рука с ножом дрожала. Римо, не сводя с меня глаз, придвинулся ближе, встал на одно колено, потом на другое и склонился надо мной. Я надавила сильнее, и кровь хлынула на поверхность. Мои глаза сфокусировались на красном покрытии лезвия на коже Римо.
Римо придвинулся ко мне и я еще сильнее вонзила нож в его плоть. Я уступила, сосредоточившись на крови, стекающей по его горлу, на ее запахе, ее ярком цвете.
Римо опустился на меня сверху, зажав нож между нашими горлами, и накрыл мое тело только одеялом.
Истерика закружилась в моей груди, воспоминания о подвале царапали края моего сознания. Римо обхватил меня за руку, затем медленно оторвал ее от моих рук и забрал у меня нож. Он бросил его на кровать рядом с нами.
Я чувствовала каждый дюйм его сильного, мускулистого тела, но мои глаза не могли сфокусироваться ни на чем, кроме крови на его коже, капающей из пореза, который я нанесла.
— По-прежнему в тисках паники, а? — я сглотнула. Он отстранился и встал. Потом склонился надо мной. — В минуты слабости ты в безопасности, Ангел. Мне не нравится ломать слабых. Я сломаю тебя, когда ты сильная.
Он схватил нож и повернулся ко мне спиной. Мои глаза проследили татуировку коленопреклоненного падшего ангела.
