Это все, о чем можно было бы мечтать ”.
“Я не просто твой врач, Джулс”.
Воздух душил мои легкие. ""Ты также брат моей лучшей подруги"".
""Более того"". Он сделал крошечный шаг ко мне, и я инстинктивно отступила назад.
Я вздернула подбородок, заставляя себя не плакать. Я уже пролила слишком много слез по нему. ""Больше нет"".
Никто не берет мой член лучше, чем ты. Это ваше лучшее качество.
Независимо от того, сколько раз я повторял его слова, они каждый раз глубоко ранили.
Это было характерно для тех, кто видел в тебе лучшее и худшее — они точно знали, на какие кнопки нажимать, какие слова будут жалить сильнее всего.
Челюсть Джоша дрогнула, но вместо того, чтобы спорить, он так внезапно сменил тему, что у меня чуть не случился удар хлыстом. ""Вчера я нашел Макса"".
“Ты что?” Эта встреча с каждой минутой становилась все более сюрреалистичной.
""Я нашел Макса"", - повторил он. “Он больше не будет тебя беспокоить. Мы с Алексом позаботились об этом ”."
"“Что... как...” Ничто не имело смысла.
“Ты сказал Алексу? Что вы, ребята, сделали? Ты ведь не убил его, правда?
Я шутил только наполовину. Я не был бы опустошен, если бы Макс умер, но я также не хотел, чтобы Джош подвергал себя опасности для меня. Алекс был броском монеты, но Джош? Он не был убийцей, и если бы он сделал что-то в приступе ярости, это преследовало бы его всю оставшуюся жизнь.
Перспектива его страданий была хуже любого шантажа или обидных слов.
“Нет. Но я хотел. Жесткая улыбка пересекла лицо Джоша.
“Алекс, из всех людей, уговорил меня. Я не буду утомлять вас подробностями, но обещаю, что наша точка зрения прозвучала громко и ясно. Макс больше не свяжется с тобой.
“Зачем ты это сделал?” Надежда подняла свою предательскую голову, и я толкнул ее обратно. Мои надежды всегда приводили к разочарованиям. “Тебе было все равно, когда я вчера пришел в больницу”.
Глаза Джоша потемнели от насыщенного шоколада до бесконечного, нервирующего обсидиана.
“Мне все равно?” Еще один шаг ко мне, еще один шаг назад.
Наш танец звучал под быстрые удары моего сердца, и он не заканчивался, пока моя спина снова не прижалась к прохладной стене, а Джош не окружил меня своим теплом. Когда он заговорил снова, от низкого, опасного тембра его голоса у меня по спине пробежали мурашки.
“Я вошел в эту комнату и почти потерял свое дерьмо, когда увидел, что ты ранен, моя работа проклята. Я хотел убить Макса за то, что он поднял на тебя руку. Это не гипербола, Джулс.
