Я должен был быть взволнован, но подозрение просочилось сквозь меня, когда я заметил, что Джулс не сдвинулась со своего места. Она потягивала свой напиток, ее лицо было безмятежным, когда она наблюдала, как я работаю в комнате.
Что она задумала?
Не в силах больше терпеть, я закончила разговор с женщиной, с которой сейчас разговаривала, и подошла к Жюлю. Я положил руки на деревянную столешницу и прищурился. “Хорошо, что твоя игра?”
- Что вы имеете в виду? Джулс спросил, невинный, как новорожденный ягненок.
“У нас есть ...” Я снова проверил время. “... осталось десять минут, а ты даже не попыталась поговорить с парнем. Не говори мне, что ты рассчитываешь на то, что они сначала приблизятся к тебе. ”
У некоторых это было, но Джулс не был пассивным типом. Ей нравилось ходить с оружием в руках, независимо от ситуации.
“Я не такой”."
"“Значит, лишаешься? Если ты боишься проиграть, просто скажи об этом. Не нужно проходить через всю эту песню и танец ”.
“О, я не сдаюсь”. Джулс наконец поставила свой напиток и встала со стула. Она выскользнула из куртки, ее движения, как мед, скользили по нежным изгибам стеклянной бутылки.
Медленный, плавный, чувственный.
Черт возьми.
Мое горло пересохло при виде передо мной.
Джулс носила стандартную профессиональную униформу — белую рубашку на пуговицах, заправленную в серую юбку, черные каблуки и неброское золотое ожерелье, выглядывающее из-под воротника. Но с ее телом и уверенностью она могла бы носить самое сексуальное кружевное белье в мире.
Как бы я ни старался, я не мог оторвать глаз от ее вспышки декольте и того, как ее наряд обнимал ее пышные изгибы. Ее сладострастная фигура не была подтянутой и худой, как многие женщины в моем спортзале, но она была мягкой. Пышная. И слишком привлекательно.
Жар опалил мою кровь, когда образ того, как я прижимаю ее к стене, задираю эту узкую маленькую юбку и трахаю ее, пока она не закричит, промелькнул в моей голове.
Я отбросил его в сторону, как только он появился, но было слишком поздно. Мой член уже затвердел, и возбуждение гудело низко в моей кишке.
Напряжение сковало мою челюсть. Я ненавидел этот новообретенный эффект, который она оказывала на меня. Она меня годами не возбуждала, и теперь я не мог перестать фантазировать о ней. Я не знал, что изменилось, но это меня бесило.
“Я выигрываю это пари. Смотри и учись, Чен ”, - промурлыкал Джулс, прежде чем подойти к ди-джею.
Вид ее ухода не сделал ничего, чтобы облегчить боль в моем паху.
