Но Кей не будет доволен тем, как вы вдвоем протаранили его. Он подаст жалобу.
Я закатила глаза.
— Это незаконные уличные гонки. Если он не может вынести ожога, то должен прекратить играть с огнем.
Адамо усмехнулся и кивнул.
— Его жалоба, конечно же, останется без внимания.
— Потому что ты хочешь, чтобы я участвовала в финальном заезде, — сказала я, вызывающе улыбаясь.
— Потому что рискованные маневры повышают ставки. И у меня такое чувство, что ты совершишь еще более безрассудные шаги, как сегодня.
— Все дело в деньгах, да?
Я прислонилась к машине, выпуская клубы дыма. Я была знакома с бизнесом, которым занимались Адамо и его братья. Деньги и власть это все, что имело значение, но с Адамо создалось впечатление, что дело не только в этом.
— Призовой фонд за победу в главной гонке составляет 25 тысяч. Победа в сезоне 250 тысяч сверху. За исключением нескольких скоростных наркоманов с богатыми родителями, которые все равно никогда не выигрывают, каждый гонщик хочет получить этот приз.
Но ты ведь здесь не для этого, Динара?
Учитывая, что он и я оба происходили из денег, его уничижительные слова казались лицемерными, но я поняла, что он имел в виду. Он посмотрел мне в глаза, пытаясь копнуть глубже. Интересно, что сказал ему Римо? Возможно, полуправду, как мой отец. Если бы он знал все, то не смотрел бы на меня так.
Я улыбнулась.
— Нет, дело не в деньгах. Это то, что нас связывает.
Дима двинулся к нам, выражение его лица стало жестче, когда он заметил Адамо рядом со мной.
— Ты слишком рисковала, — сказал он по-русски.
— Есть вещи, ради которых стоит рискнуть всем, — ответила я по-английски, сверля глазами Адамо.
Адамо склонил голову с натянутой улыбкой.
— Поздравляю вас обоих с выходом в финал. Крэнк пришлет вам подробную информацию о нашем лагере, чтобы вы могли присоединиться к нам на следующей гонке. Если не появитесь без уважительной причины, вас дисквалифицируют до конца года.
Я кивнул.
— Мы будем.
Не сказав больше ни слова, он повернулся и направился к Крэнку, который регистрировал нас ранее.
— Он подозрительный, — пробормотал Дима. — Это может оказаться ловушкой.
Я подавила смешок.
— Ты параноик, Дима. Ловушки не будет. И я была бы разочарована, если бы он ничего не заподозрил. Это делает игру более интересной.
Дима покачал головой.
— Не забывай, что поставлено на карту.
— Никто, кроме меня, не знает, что на самом деле поставлено на карту.
