Автор
После глубокого интимного контакта с Нино, я ощущаю его теплые касания и ласки, но моя сердечная активность остается высокой. Вместе мы находимся в мире невесомых чувств и тайн, пока он не признается: "Я люблю тебя, Ясмина." Его слова наполняют нашу комнату ярким светом истинного сердца, заставляя дрожать от восхищения....
Римо взглянул на него с того места, где он колотил по боксерскую грушу.
— Какого хрена...
Дальше он не продвинулся. Нино подошел к Адамо, растянувшемуся на диване, схватил его за горло и повалил на пол.
— Нино, не надо! Пожалуйста! — я бросилась к нему, пытаясь остановить.
Нино стоял на коленях над Адамо, вцепившись пальцами ему в горло, с выражением абсолютной жестокости на лице. Мускулы на его обнаженной спине напряглись, заставляя Феникса и пламя ожить.
— Ты причинил боль Киаре? — Нино заскрежетал зубами в Адамо.
Римо увидел мои синяки. Он резко спросил.
— Нино?
Голова Адамо покраснела под удушливой хваткой Нино. Он не сделал ни малейшего движения, чтобы защититься, только смотрел на брата глазами, полными страдания, почти отчаянно желая, чтобы Нино положил конец тому, что он начал. Может, Римо тоже заметил это, потому что на мгновение на его лице промелькнуло выражение, которое он показывал только тогда, когда упоминалась их мать.
Затем он схватил Нино за плечо и потянул.
— Нино, прекрати это дерьмо.
Нино не отпускал его до тех пор, пока Савио не схватил его за вторую руку и они с Римо не бросились на него.
Нино отпустил Адамо и позволил Римо поднять его на ноги, пока Савио осматривал младшего брата.
— Ты в порядке?
Адамо никак не отреагировал. Он остался лежать на полу, массируя горло. Его глаза остановились на мне, и снова его лицо исказилось от чувства вины.
— Мне очень жаль, Киара.
— Я знаю. — тихо сказала я.
Я подошла к Нино, чье плечо Римо все еще крепко сжимал, и коснулась его груди.
Через несколько мгновений Нино оторвал взгляд от Адамо и посмотрел на меня, и как всегда гнев исчез в пользу чего-то нежного.
— Я в порядке, хорошо? Адамо не хотел причинить мне боль.
— Что случилось? — Спросил Римо у нас с братом.
Адамо медленно сел и, не сводя глаз с Нино, осмелился встать.
— Это был несчастный случай.
Нино сделал шаг в его сторону.
— Это оправдание может использовать тот, кто не сражался большую часть своей жизни, кто не был знаком с насилием и болью.
— Не все так хороши в причинении боли, как ты, и в управлении того, как ты ее подавляешь. — пробормотал Адамо.
— Я хочу знать, что случилось. — отрезал Римо, заставляя меня встретиться с его суровым взглядом.
Нино встал между нами, отталкивая Римо.
— Хватит. — сказала я, шагнув в сторону Нино и повернувшись к Римо. — Нино, ты же знаешь, что Римо не причинит мне вреда.
Римо невесело улыбнулся.
