Автор
После глубокого интимного контакта с Нино, я ощущаю его теплые касания и ласки, но моя сердечная активность остается высокой. Вместе мы находимся в мире невесомых чувств и тайн, пока он не признается: "Я люблю тебя, Ясмина." Его слова наполняют нашу комнату ярким светом истинного сердца, заставляя дрожать от восхищения....
Сев на диван, я достал телефон и набрал номер Луки. Киара играла новую песню, беспорядочную, капризную мелодию. Мне было интересно, отражает ли это ее чувства по поводу решения Римо отослать Серафину обратно, но она должна чувствовать облегчение. В конце концов, она с самого начала была решительно против похищения.
— Нино, чего ты хочешь?
Лука никогда не утруждал себя любезностями. Ему повезло, что я убедил Римо, что война с Фамильей — это последнее, что нам сейчас нужно.
— У нас есть для тебя подарок.
Тишина.
— Подарок? — в голосе Луки прозвучало подозрение.
— Скоро у нас будет Скудери. Данте согласился обменять его на свою племянницу, завтра.
— Блядь. Не могу поверить, что ваш безумный план сработал. Вы с братом так же хитры, как и безумны.
Мои губы сжались.
— Я звоню не для того, чтобы ты анализировал мою личность. Я хочу пригласить тебя и твоего брата, и даже сестер Скудери, чтобы они присоединились к Фабиано в расчленении Рокко Скудери.
— Щедрое предложение. — осторожно сказал Лука.
Я улыбнулся, откинувшись назад.
— Ничего. По крайней мере, не на данный момент. Но если мы когда-нибудь обратимся к тебе и попросим об одолжении, мы будем признательны, если ты вспомнишь, что мы сделали это.
— Верно. Держу пари, что ваши услуги будут не для слабонервных.
— Ты не слабонервный.
Лука издал глубокий смешок.
— Мне нужно поговорить с братом. Я перезвоню тебе через пару минут.
— Не задерживайся слишком долго. Тебе нужно будет лететь.
— Не волнуйся.
Лука повесил трубку.
Я положил телефон на колени и смотрел, как Киара в третий раз проигрывает ту же последовательность, недовольная своим творением.
Низкий гул рояля эхом отдавался в моей груди, и когда ее пальцы задвигались быстрее, а ноты зазвенели выше, звуча почти сердито, мой пульс участился.
Каждая песня, которую создавала Киара, была переполнена эмоциями.
Ее глаза были закрыты, темные ресницы трепетали на гладкой коже. Как и ее музыка, Киара была произведением искусства, и всегда вырывала эмоции из самых темных уголков моей души.
Меньше чем через пять минут Лука снова позвонил, но я подождал, пока затихнет последняя нота песни Киары, прежде чем потрудился поднять трубку.
— Маттео и Ромеро готовят все к полету. Они примут участие в последнем «ура!» Скудери.
Меня захлестнуло удивление.
— Ты не хочешь?
— Я ненавижу этого человека и с удовольствием отрежу от него несколько кусочков, но у моего брата и Ромеро есть более сильный стимул.
