Автор
После глубокого интимного контакта с Нино, я ощущаю его теплые касания и ласки, но моя сердечная активность остается высокой. Вместе мы находимся в мире невесомых чувств и тайн, пока он не признается: "Я люблю тебя, Ясмина." Его слова наполняют нашу комнату ярким светом истинного сердца, заставляя дрожать от восхищения....
Он нахмурился.
— Я не собираюсь заставлять тебя плакать.
— Я знаю. — я рассмеялась и выдохнула. — Сколько сейчас времени? Фабиано и Леона должны прибыть в шесть.
— У нас еще есть пятнадцать минут. — он сунул руку в задний карман брюк и вытащил оттуда очень маленький сверток. — Это твой второй подарок.
Я взяла его и открыла бархатную коробочку, обнажив серьги с большим красным рубином в центре и маленькими бриллиантами вокруг него.
— Великолепные.
— Позволь мне. — сказал Нино, вынимая их и надевая мне в уши.
— Ну как? — спросила я.
— Идеально.
— Подожди секунду. — сказала я и быстро подошла к бару, куда положила подарок Нино. Он был довольно тяжелым, поэтому я была рада, когда вручила его Нино. Я видела любопытство в его глазах. — Разверни его.
Нино сорвал оберточную бумагу, открыв книгу в кожаном переплете об анатомии.
— Это коллекционное издание 1925 года с нарисованными от руки изображениями всех частей тела...
Я надеялась, что Нино это понравится.
Нино начал медленно читать книгу, его глаза метались, когда он просматривал страницы с рисунками. Когда он наконец поднял глаза, на его лице горело нетерпение.
— Это прекрасно. Не могу дождаться, чтобы прочитать ее и сравнить с новейшими книгами по анатомии.
Я подавила смех. Только Нино мог быть взволнован чем-то подобным.
Нино нежно целовал меня, когда раздались шаги.
— Я чувствую запах мяса? — спросил Савио, неторопливо входя в комнату в сопровождении Римо и Адамо, на этот раз все они были в рубашках.
Я усмехнулась. Вскоре к нам присоединились Фабиано и Леона, которые принесли вино.
Я крепко обняла Леону.
— Как поживает твоя мать?
— Лучше. Ее выпишут из больницы через два дня. Она никогда не знает, когда остановиться. — сказала Леона с легким вздохом.
Она хотела бы отпраздновать с матерью хоть раз, но после почти смертельной передозировки она снова застряла в больнице.
Я заметила, как Фабиано обменялся раздраженным взглядом с Римо, и Леона заметила это, когда я вела их к столу.
— Он не понимает, почему я все еще пытаюсь помочь маме, но он все равно помогает ей.
Я коснулась ее руки.
— Потому что он хочет видеть тебя счастливой.
Мы все расселись вокруг стола, и, как и ожидалось, ягненок стал изюминкой для парней.
