Хотя, зная моего дядю, он не выбрал бы любую книгу. Он выбрал бы что-то значимое.
Я проверил разделы с его любимыми авторами. Федор Достоевский, Тарас Шевченко, Лев Толстой, Александр Довженко... он был неравнодушен к русской и украинской классике. Говорил, что они поддерживают его корни.
Но нет, все книги были настоящими.
Мой взгляд пробежался по остальной части библиотеки и остановился на шахматном наборе ограниченного выпуска в углу. Фигуры были расставлены в том же порядке, что и во время нашей последней игры.
Пока я осматривал стол и окружающее пространство в поисках чего-либо, что могло бы подтвердить мои подозрения, я постучал по столу, и пешка упала на пол.
Я выругался под нос и наклонился, чтобы поднять ее. Когда я это делал, мой взгляд зацепился за розетку под столом. Это была простая, обычная розетка, за исключением…
Мой взгляд переместился влево.
Там была еще одна розетка, менее чем в футе от меня. Согласно Национальному электротехническому кодексу США, розетки должны располагаться на расстоянии не более шести футов друг от друга по линии пола, редко можно было увидеть две розетки так близко друг к другу.
Я приостановилась, прислушиваясь к любым звукам - урчанию дядиного Мерседеса, въезжающего на подъездную дорожку, стуку его шагов по паркетным полам.
Я достал из письменного стола библиотеки прочную скрепку и пролез под шахматным столом, сгибая скрепку, пока она не стала прямой. Я покачивал винт в середине розетки, чувствуя себя нелепо, но инстинкты кричали мне продолжать.
Когда я уже собирался сдаться, розетка открылась, обнаружив в стене тайник с бумагами.
Поддельная розетка. Конечно.
Мое сердце заколотилось, когда я потянулся за бумагами - как раз в тот момент, когда вдалеке послышался рев двигателя.
Я развернул документы. Письма, написанные двумя знакомыми почерками.
Я быстро прочитал их, не веря своим глазам.
Я ожидал корпоративной политики. Нечестной игры в совете директоров. Я бы не удивился, если бы мой дядя попытался удержаться на посту генерального директора, хотя я должен был занять его в ближайшее время. Но это? Этого я никак не ожидал.
Кусочки головоломки в моем мозгу встали на свои места, и странный коктейль из предательства, ярости и облегчения завязался в моем нутре. Предательство и ярость из-за откровения; облегчение от того, что…
Входная дверь открылась. Шаги стали приближаться.
Я засунул письма в стену, сложив их так, как нашел, и закрутил крышку розетки.
