Я играла с огнем, но это было лучше, чем стоять на холоде в одиночестве.
Я напряглась, когда Алекс провел пальцами по моей шее и плечу. Его губы изогнулись в ухмылке.
- Нервничаешь? Я думал, ты этого хочешь, - поддразнил он. Его рука опустилась ниже, ближе к изгибу моей груди. Ледяные лужицы в его глазах растаяли, обнажив пылающее инферно, которое раскалило меня с головы до ног.
Моя голова закружилась. Мои соски сжались в твердые бусинки, а пульс бился в каждом дюйме моего тела. Почему-то стало еще хуже от того, что он не прикасался ко мне там, где так смертельно желала; предвкушение обострило мои чувства, и кожу покалывало от призрачных ласк.
- Я не это сказала, - прохрипела я. О Боже, это было неловко. О чем я только думала? Я не была ни роковой женщиной, ни... ни... ни... ничем другим, похожим на роковую женщину.
Я не могла мыслить здраво.
Алекс провел большим пальцем по моей груди, и я застонала. Застонала. От прикосновения, которое длилось меньше двух секунд.
Его зрачки расширились, пока зеленые радужки не превратились в затмения, окольцованные нефритовым огнем. Он опустил руку, и прохладный воздух ворвался внутрь, заменяя тепло от его прикосновения.
- Закончи фотосессию, Ава. - Грубость его голоса оцарапала мою кожу.
- Что? - Я была слишком потрясена внезапным изменением атмосферы, чтобы осмыслить его слова.
- Фотосессия. Закончи ее, - пробурчал он. - Если только ты не хочешь начать то, что не готова закончить.
Я отступила на нетвердых ногах и попыталась сосредоточиться на поставленной задаче. Алекс сидел с прямой спиной и суровым лицом, а я кружила вокруг него и фиксировала каждый кадр, который только могла придумать.
Тихий гул обогревателя был единственным звуком, нарушающим тишину.
- Хорошо. Мы закончили, - сказала я после двадцати минут мучительной тишины. - Спасибо…
Алекс встал, взял пальто и вышел, не сказав больше ни слова.
- За помощь, - закончила я, мои слова эхом отдавались в пустой комнате.
Я выдохнула долго сдерживаемый вздох. Алекс был самым непостоянным человеком из всех, кого я знала. В одну минуту он был нежным и заботливым, в другую - замкнутым и отстраненным.
Я пролистала фотографии, любопытствуя, как они получились.
Я сделал паузу на одном из последних кадров, и мое сердце остановилось.
Я была так занята съемкой, что не обратила внимания на момент, но теперь я видела это ясно как день. На лице Алекса было написано желание, он пристально смотрел на меня, его глаза прожигали камеру и проникали прямо в мою душу.
