Ее влюбленность заставила меня поверить, что она может быть открыта для небольшой игры вне правил. Теперь я понял, что, возможно, недооценил ее.
— Я скоро стану твоим мужем, и тогда все станет моим.
— Но ты еще не готов, — твердо сказала она. — А до тех пор я тебе ничего не дам. Моя семья будет искать возмездия, если ты что-то возьмешь. Им будет все равно, что ты Фальконе. Они защитят мою честь.
Слова Диего из прошлой ночи вспыхнули в моей голове, и мой гнев снова разгорелся.
— Они все равно умрут.
Она судорожно сглотнула.
Я наклонился, глядя в ее оливковые глаза, полные решимости и тревоги.
— Им не придется искать возмездия, Джем. Если ты хочешь подождать до свадьбы, я не буду давить на тебя.
На ее лице отразилось подозрение.
— Ты не будешь? Это не твой обычный стиль.
Моя улыбка стала еще шире. Она была права. Мне нравилось нажимать на ее кнопки, было бы трудно не делать этого, но сейчас все было по-другому. Хоть мои братья и я не являлись традиционалистами, мы уважали наших мужчин и их семьи, и это включало их старомодные ценности. Римо постоянно напоминал мне об этом факте.
Кроме того, мне было приятно осознавать, что Джемма будет принадлежать только мне, даже если ожидание нашего брака окажется непростым делом. Но до тех пор у меня были другие девушки, которые трахались и делали минет. Возможно, ожидание добавит еще больше острых ощущений к нашей первой брачной ночи. Я наклонил голову, приближая наши лица друг к другу. Джемма была полным пакетом услуг. Девушка из хора и секс-бомба, смертельная комбинация рая и ада. Находясь рядом с ней, ты не мог не хотеть стать грешником и святым, только чтобы быть ближе к ней.
— Савио… — предупреждающе сказала Джемма, прижимая ладони к моей груди.
Я понял, что она не хочет заниматься сексом до нашей первой брачной ночи, но зачем лишать себя всех других забавных вещей, которые я мог бы ей показать?
— Неужели поцелуй такая плохая идея? Твой рот, черт возьми создан для поцелуев.
— Ну, на мой вкус, твой рот — это слишком. Ты, вероятно, перецеловал больше женских частей, чем большинство унитазов.
Мои руки подались от силы моего смеха. Черт, Джемма была единственной в своем роде. Прислонившись лбом к стене, я прижался к Джемме всем телом.
— Женские части тела? — повторил я между смешками, наклоняя голову вниз.
Джемма подняла голову. Мы были так чертовски близки, что ее губы умоляли преодолеть несколько дюймов между нами.
— Как насчет того, чтобы назвать их, как все называют? Киска.