Недавно Дарья поняла, что одна случайность может переметнуть тебя из простых людей в элегантную профессиональную даму с особой клиенткой. Только совпадение, приказ и клиента - от которого отказаться нельзя. И оказалось, она лично знает своего заказчика. Теперь Дарья точно знает, что каждый день может перевернуть жизнь так же быстро, как один разговор....
В основном голый и на мне. Можно было не думать о днях в усадьбе, пытаться скрыть от себя правду, но одетого его не хватало тоже. Особенно в мокрой рубашке или задумчивого, с планшетом в руках, где он что-то чертил.
Тускло стало без высочества. Как на старом телевизоре с севшим кинескопом, сложно было увидеть что-то яркое или рассмотреть любимое и знакомое.
Все страхи, которыми пугала себя перед близостью с Абашевым, сбылись. Как накаркала! И теперь предстояло жить дальше."
"– Если бы только знала, что этот князь на тебя так подействует, ни за что бы не согласилась на контракт! – на пятый день моей депрессии сдалась даже Мэрилин.
Вместо обычных безвкусных диетических крекеров на столе появились пирожные. Пакетированный чай сменился дорогим развесным «для особых гостей», а к концу рабочего дня все трудоголики как-то сами рассосались, оставив нас с боссом наедине.
– Зато есть чем платить налоги. И на Новый год не придется сидеть с тортиком в офисе.
Я подтянула к себе поближе тарелочку с угощением, понюхала и отставила подальше.
– Да фиг с ним, с Новым годом. Еще б дожить!
– В шоколаде доживать будет проще.
– А ты как? Шоколадная моя.
Начальство подперло рукой голову и взглядом постового ГИБДД уставилось в глаза.
– Моя шоколадная фабрика свой заказ уже исполнила.
– Заметно. Уработалась.
– С благословения и за плату, – оптимизм из меня так и пер. Аж мутило и тошнило от него.
Видимо догадавшись, что напирать дальше не стоит, Мэрилин махнула рукой и взялась за пирожные.
– Умные. Обе. – Отхлебнула чай.
Через «не могу и не хочу» я тоже сделала глоток.
– А ведь я так надеялась... – Под тяжелый вздох в начальство пролез первый кусочек пирожного. – Рассчитывала...
В моем чае почувствовалась острая нехватка коньяка. Руки так и тянулись к пузатой бутылке, но субординация – безжалостная сволочь – держала в узде.
– ...верила, что, качественно оттраханная элитным самцом, ты оживешь, – продолжила вдруг свою речь Мэрилин.
После таких слов моя прежняя мысль о субординации показалась глупостью. Нет, мотивы любимого начальства легко просчитывались и раньше. Несмотря на специфический бизнес, особой алчностью Мэрилин не отличалась. Но алкоголя резко расхотелось, да и засиживаться на работе сегодня – тоже.
