Автор
Таня, стоя в коридоре офиса, чувствует, как сердце бьется учащенно — она узнала голос своего начальника, господина Максимова. Помедлив, решается идти к нему, не сдерживая смущения. Только тогда он обернулся и в глазах его читается таинственная улыбка, словно загадочное древнее солнце на его южном лице....
- Я прямо сейчас пойду! Отсоедините мне капельницы!
- Нет, сейчас вы даже не поднимитесь. Вы потеряли много крови. Операция прошла для вас с осложнениями. Вам нужен полный покой. Но вы молодая – быстро восстановитесь.
- Я хорошо себя чувствую, просто отлично! – бравирую я.
Немного приподнимаю голову и… без сил падаю обратно на подушку. Это невозможно. Я настолько слаба, что даже шею не могу приподнять.
- Отдыхайте, Татьяна. – советует мне медсестра.
Как будто я смогу хоть на секунду расслабиться зная, что где-то в палате интенсивной терапии лежит мой маленький беспомощный сыночек, а я даже подняться не могу от слабости…
***
ЭМИР ЮНУСОВ
Без сна уже которую ночь подряд.
Пью второй литр кофе, когда раздается звонок от Ангелины.
- Таня умирает! – отрывисто бросает в трубку. – Она в родах. Открылось кровотечение.
- Она в госпитале? – без лишних сантиментов выспрашиваю я.
- Нет.
- Охереть! – сквозь зубы рычу я. – У нее вообще мозги есть?!
- Сейчас не время ругаться! – осаждает мой пыл Ангелина, и я ей на самом деле благодарен. – Скорая задерживается из-за пробок. Обратно будет довезти сложнее. Счет идет на минуты.
Я в Москве. Если бы я был в Сочи, вряд ли бы сумел среагировать так оперативно. А сейчас я кричу в трубку:
- Задействую вертолет! Скиньте мне свои координаты!
- Сейчас скину. Эмир, спасайте свою Таню и сына!
- Я сделаю все возможное! – твердо говорю я.
***
Через полчаса я уже в этом загородном доме. Вижу Таню, бледную, слабую, всю в крови, корчащуюся от боли. Я могу только взять ее за руку и попросить, чтобы держалась. Боится меня. Неужели думает, что в таком состоянии я причиню ей боль или сделаю что-то плохое?
А потом скорая, не утешительные прогнозы врачей, полет на вертолете, операция.
Мы с Ангелиной и Кириллом прямо за дверью операционной. Я молюсь, чтобы Таня и сын выжили. Просто выжили сейчас, а уж потом здоровье можно будет восстановить.
Корю себя за то, что был излишне резок с Таней, подозрителен. Ведь то, что сейчас происходит – следствие моих поступков. Это моя вина. Не поставь я ее в такие условия – не убежала бы от меня, и не рожала на дому, когда все что угодно может пойти не так!
ГЛАВА 46
ГЛАВА 46
ЭМИР ЮНУСОВ
Спустя четверть часа из операционной в кувезе вывозят моего сына! Маленький, бледный, опутанный проводами.
