Автор
Таня, стоя в коридоре офиса, чувствует, как сердце бьется учащенно — она узнала голос своего начальника, господина Максимова. Помедлив, решается идти к нему, не сдерживая смущения. Только тогда он обернулся и в глазах его читается таинственная улыбка, словно загадочное древнее солнце на его южном лице....
Прикрываю глаза, стараясь расслабиться и дать исследовать себя датчиком.
Значит, живот побыстрее вылезет… чтобы все вокруг видели, что я… согрешила! Без мужа нагуляла ребенка. В командировке развлекалась с важным клиентом босса. И хотя в таком большом городе как Москва пузом никого не удивишь, но все равно все соседи, все подружки тетечки Светы шушукаться будут…
А на работе… боже, у меня самый ужасный босс на свете! Михаил Захарович Воронов терпеть меня не может! При мне его руки всегда сжаты в кулаки, будто он меня прибить хочет.
Как гендир отнесется к моей беременности? Сразу с работы выкинет! Как животик начнет вырастать из блузок, так сразу и выкинет! А коллеги чего скажут? Женщины опять-таки по курилкам шушукаться начнут. Без сплетен ни один коллектив не может существовать.
А Эмир Юнусов… отец никогда не узнает о своем сыне или дочери… Юнусов в Сочи.
Да даже если теоретически предположить, что я сейчас возьму билет и полечу на южный курорт, то… где гарантия что я его вообще встречу? Меня просто не допустят к миллиардеру. Его же охрана, служба безопасности не допустит. Его номера я не знаю, как и почты и остального… Как я сообщу ему?!
А еще не факт, что если мне удастся прорваться к нему каким-то чудом, что он вообще станет меня слушать? Вышвырнет вон, как подстилку ненужную.
Эмир Юнусов – мужчина восточных кровей. Говорят, что их дети в большинстве остаются с отцами… отберет мою кровиночку, а я этого не переживу…
Резеда тем временем заканчивает осмотр.
- На салфетку, подотрись! – бросает мне перфорированный рулон бумаги.
Сама же возвращается за письменный стол, открывает какой-то рукописный журнал.
- Ну что, Татьяна Лебедева, на какую дату тебя записывать?
- А… что…??? – в полном замешательстве начинаю заикаться. – На что, вернее?
- На аборт! – слова Резеды звучат для меня как приговор.
Зажмуриваю глаза крепко-крепко. Операция бы решила сейчас все мои проблемы. Отпала бы нужда разыскивать Юнусова, я бы не боялась потерять свою должность помощника монстра. Теть Света опять-таки обрадовалась моему разумному решению.
