Это так естественно – спать с ним в одной кровати, обнимать и согреваться его теплом! Эти мысли подарили мне надежду на то, что у нас с ним не все потеряно и в этом порой ужасно грубом мужлане, все еще жив мой Клим.
Я испытала горькое разочарование, не обнаружив его в номере. Впрочем, на часах уже полдень, разгар рабочего дня, но я почему-то самоуверенно ожидала, что он останется здесь, отложив свои дела ради меня. На столе обнаружила короткую сухую записку от него с предложением заказать себе завтрак, если тот, что на столе, уже остыл, с предусмотрительно оставленной упаковкой «Алкозельцера». И всё. Верчу в руках бесполезную бумажку – все, что осталось после прошедшей ночи. Два шага вперед – три шага назад.
Аппетита не было, да и вчерашний алкоголь еще не испарился из организма, поэтому я выпила половину графина воды и апельсиновый сок, в надежде, что интоксикация вскоре завершится. Натягивая вчерашнее платье, поняла, что в таком виде даже в такси ехать не лучшая идея, поэтому решила стащить очередной дорогущий пиджак Самгина. Скоро смогу выставлять их на «Ибэй».
На выходе из номера истуканом стоял один из представителей охраны хозяина номера, поставивший меня в известность о том, что я буду доставлена домой на автомобиле Самгина и мне нужно проследовать за ним. Это был не вопрос, не пожелание. Меня просто поставили перед фактом. Маленькая обида, закравшаяся в душу из-за того, что после всей нежности минувшей ночи, которую я хорошо запомнила, несмотря на вино, он просто оставил меня, заставила ответить его работнику резким отказом.
– Клим Анатольевич велел провести вас через черный ход, – настаивал мужчина, будто только что завершил сниматься в массовке «Людей в черном». Ну да, конечно, после анального секса меня можно водить теперь только через черный ход!
Теперь не обида, а самая настоящая злость завладела мной, и я упрямо решила покинуть отель через центральный выход. Сердце сжималось в груди от разочарования и понимания, что ему, должно быть, невыгодно, чтобы меня кто-то видел в холле отеля, где он обитает.
Я почувствовала себя какой-то дешёвой проституткой, которую выпроваживают восвояси, стоило мне только выйти из лифта с бодигардом, идущим по пятам. Наверное, если бы не он, некоторые постояльцы, которых особенно заинтересовал мой внешний вид, могли бы подойти и поинтересоваться стоимостью моих услуг за час.
Взгляды женской половины, наоборот, были осуждающими и брезгливыми, будто я покушалась на мораль, нравственность и их мужей.
