Автор
За мной следят. Меня сбрасывают со счетов. Я возвращаюсь домой и продолжаю пить горький чай, пряча телефон за спину. Слова "Макс не мог нас найти" разносятся по городу среди толпы, я чувствую себя затерянной здесь, но знаю, что он далеко.
А потом меня буквально сдувает с места.
— Совсем сдурела?!
Это Кирсанов. Как всегда злой. А мне так хочется увидеть, как он улыбается. У него тогда на щеках ямочки появляются…
Мне не хватает этих ямочек, настолько что поднимаю руку и как в тумане веду пальцами по небритой щеке. Колючая, но мне нравится.
Макс перехватывает мою руку, больно сжимая пальцы, но я не вырываюсь, потому что чувствую, что ему еще больнее.
— Почему ты такой грустный?
Мне хочется утешить его, хочется забрать ту печаль, что поселилась в его сердце.
— Ты издеваешься?
Я только качаю головой. Кто я такая, чтобы издеваться? Разве я могу?
Кирсанов хмурится еще сильнее и, перехватив меня под локоть, притягивает ближе. Прохладная ладонь ложится мне на лоб. Мммм, как приятно. Даже глаза закрываются.
Но Максим почему-то матерится и тащит меня обратно, так быстро, что едва успеваю перебирать слабыми ногами.
— Куда тебя понесло?! Горишь вся.
Горю? Вроде нет, мне наоборот прохладно, даже потряхивает немного.
— Легла живо!
Я не понимаю, почему он злится, но опомниться не успеваю, как оказываюсь в постели.
— Только посмей еще раз встать!
Он злится, а я почему-то чувствую себя виноватой:
— Больше не буду."
"Макс сует мне в руки какой-то стакан и заставляет выпить его содержимое, потом небрежно накидывает одеяло и хочет уйти. А мне так страшно становится, что опять буду одна в этой холодной комнате, что хватаю его за руку.
— Ты побудешь со мной?
Жесткий взгляд в упор.
— Просто посиди. Минуточку, — прошу едва различимым шепотом и снова проваливаюсь в тревожный сон.
***
Следующее пробуждение становится настоящим кошмаром.
Голова неподъемная, в животе крутит от голода. Слабость никуда не делась, наоборот усилилась стократно, но зато исчез халат. В этом я убедилась, заглянув под одеяло – на мне не было ничего кроме растянутой Кирсановской футболки.
— Черт, — я приподнялась на локте и, испытывая легкую дурноту, осмотрелась.
В комнате ничего не изменилось. Кресло все так же стоит возле кровати, и на нем валяется плед с книгой. Кажется, со мной кто-то сидел, пока я была в отключке.
Надеюсь, не Макс. Мне невыносимо представлять его так близко, потому что эта близость – иллюзия, на самом деле мы на разных полюсах и все дороги между нами подорваны и заметены колючим снегом.
