Автор
За мной следят. Меня сбрасывают со счетов. Я возвращаюсь домой и продолжаю пить горький чай, пряча телефон за спину. Слова "Макс не мог нас найти" разносятся по городу среди толпы, я чувствую себя затерянной здесь, но знаю, что он далеко.
Переворачиваюсь на другой бок и прячу голову од подушкой.
И снова мне не дают отключиться. Приходит второй охранник и зовет меня на какую-то прогулку по лесу.
Что я там не видела? Деревья и деревья.
Я отказываюсь, и после этого наступает блаженная тишина. Меня наконец-таки отставляют одну, и я спокойно продолжаю тонуть. Все глубже и глубже. Растворять в сером тумане.
Кажется, кто-то еще раз заходит в комнату и приносит еду. Я даже не оборачиваюсь, не реагирую. Мне ничего не надо. Просто оставьте меня в покое.
***
Осенью темнеет рано. Я не знаю сколько времени, но за окном уже густые сумерки. Мне в них комфортнее, потому что жизнерадостные лучи солнца режут по нервам и еще сильнее загоняют депрессию. Я ненавижу свет и не имею на него право. Мой удел – темнота, в которой едва различаешь знакомые контуры и каждый звук наполнен угрозой. Я не боюсь этих угроз. Кажется, я уже вообще ничего не боюсь. Все говно, которое могло случиться – уже случилось, остается только черпать его большой ложкой и глотать.
Я слышу скрип ворот и размеренный гул двигателя. По потолку яркой полосой проходит свет фар, и в нем черными страшными силуэтами отпечатываются тени деревьев.
Эти образы созвучны с тем, что у меня внутри, и я зависаю на них. Некоторое время смотрю, лениво перетекая взглядом от одного изгибы к другому, потом снова отворачиваюсь к стенке. Потому что надоело, потому что неинтересно, потому что снова проваливаюсь в дрему. Я чувствую себя уставшей несмотря на то, что весь день провела в кровати, меня одолевает такая слабость, что не могу даже рукой пошевелить.
К сожалению, кому-то явно наплевать на мои желания.
Сначала на лестнице раздаются жесткие шаги, потом дверь в комнату открывается, да так резко, что ударяется ручкой по стене. Этот звук взрывается у меня в голове сотней обжигающих, колючих залпов и болью в висках.
"Следом за ней – резь в глазах, потому что этот бесцеремонный некто со всей дури шлепает ладонью по выключателю, проходит вглубь комнаты и зачем-то открывает настежь окно, запуская внутрь холодный воздух, а потом добивает требовательным:
— Вставай!
Вместо этого я натягиваю одеяло на макушку, пытаясь спрятаться в душной темноте.
— Подъем, Таисия!
Мой спасительный кокон рушится в один момент. Его просто сдирают и бросают на пол.
