Автор
Полин вынуждена оставить дневную смену из-за серьезного заболевания пациента. В ночной бригаде они едины духом и силой, даже когда ночь кажется бесконечной. Кружка кофе, стоящая без движения на столе, символизирует усталость, но при этом — готовность встретить любую задачу. Сюжет ведёт к невероятному решению, которое изменит их понимание собственных возможностей и роли в медицине....
Я вздрагиваю и отшатываюсь, потому что такое поведение ей несвойственно. Добрее собаки не найти на свете!
Слышу приближающиеся шаги и резко оборачиваюсь.
- Дядя Гриша? - удивляюсь я, глядя на Григория Анатольевича Баскакова. Бывшего друга моего отца.
Глава 41
Полина
Он не один, конечно, с водителем. Тем же самым ехидным мужчиной, что был за рулем, когда дядя Гриша, который знает меня с рождения, предложил мне стать его любовницей. Я сидела на заднем сиденье мерса и сетовала, что буду скучать по богатству.
Водитель стрельнул глазами в зеркало заднего вида и усмехнулся.
В тот день мое отношение к доброму дяде Грише резко поменялось.
- Поленька, привет! - улыбается Баскаков. Подходит и обнимает.
Я замираю, не понимая, как так получилось, что он оказался между мной и моей машиной. Я не могу дотянуться, чтобы открыть дверь и спрятаться или.
- Здравствуйте! Чем обязана? - не пытаюсь казаться вежливой. Можно легко догадаться, что отказала я этому дядьке в тот раз далеко не вежливо. И с тех пор мы не виделись. Обиделся.
Сама быстро снимаю блокировку с телефона, чтобы набрать номер Ильи. Но водитель подходит и вырывает из моих рук мобильный.
- Эй! - возмущаюсь я. На улице день, вокруг люди. Что они себе позволяют?
- Можно позвонить, Полина Александровна? - спрашивает водитель.
- Нет!
В этот момент сотовый начинает трезвонить, водитель убирает звук и отходит чуть в сторону.
- Дядя Гриша, - я специально его называю именно так, как бы подчеркивая нашу разницу в возрасте, - что за дела? Отдайте мой сотовый.
- Отдадим, конечно, Поля. Но сначала посмотрим, сколько у тебя денег на карте.
- Что? - хмурюсь.
- Прошу в мою машину, - он делает гостеприимный жест, а у меня от страха пальцы на ногах подгибаются.
- Я никуда не поеду. Вы с ума сошли?
- Тише, не кричи. Не волнуйся ты так. Поболтаем о том о сем, - он тянется рукой к моему лицу, и я резко отшатываюсь. Это неприятно.
Мы смотрим друг на друга, Газзи лает так, будто дело касается жизни и смерти.
- Да заткнись ты! Тупая псина! - рявкает этот Митя.
- Тише, Мить, тише, - притворяется хорошим «полицейским» Баскаков. - Полечка, какой же яркой ты стала! Расцвела за прошедшие пять лет.
