Автор
Полин вынуждена оставить дневную смену из-за серьезного заболевания пациента. В ночной бригаде они едины духом и силой, даже когда ночь кажется бесконечной. Кружка кофе, стоящая без движения на столе, символизирует усталость, но при этом — готовность встретить любую задачу. Сюжет ведёт к невероятному решению, которое изменит их понимание собственных возможностей и роли в медицине....
- В его возрасте так и должно быть, - обрубает она. - Илья, тогда до завтра?
- Ага, - отзывается он, проходя по коридору. - Полина, заходи, не стесняйся.
- Я могу остаться, если нужно, - Аня бросает очередной взгляд на меня, и мне это не нравится. Я хмурюсь, и Аня тут же отворачивается. - Я с удовольствием погуляю с Женей второй раз, если у вас планы.
- Спасибо, Ань, ты мое сокровище. Но дальше мы сами, - говорит Илья мягко, но при этом так, что становится ясно - спорить бессмысленно.
Я победоносно приподнимаю правую бровь и провожаю Анечку, марширующую в комнату переодеваться.
Илья довольно ловко моет ладони, держа на руках упитанного мальчика. Тот с серьезным лицом наблюдает за движениями отца, словно мотает на ус. Его футболка заляпана чем-то, подозреваю, фруктовым пюре.
На прощание Аня целует Женю в щеку, тот ей улыбается, но против ухода няни не протестует. Продолжает сидеть у Ильи на руках с наиважнейшим видом. Кажется, ему вполне комфортно.
Мне тоже было всегда комфортно у твоего папки на коленях.
"Мы идем в детскую. Вообще, в этой квартире две комнаты — спальня и детская. Ну и кухня. Дверь в спальню плотно закрыта. В просторной детской разбросана одежда, игрушки и книжки. На полу валяются салфетки. Анечка, может, и домашняя, но чистотой жилье после нее не сверкает.
Илья тем временем начинает ловко переодевать ребенка. За Аней хлопает дверь.
Я осторожно присаживаюсь на край односпальной кровати и смотрю на Женю.
- Он боится чужих?
- Не замечал.
Женя сидит у отца на коленях и смотрит на меня. В штанах и толстовке он выглядит забавным. Просто ребенок. Славный. Круглолицый. Но и ничего особенного. Что, впрочем, в плюс. Никаких там безумных длинных ресниц или пухлых губ бантиком.
- Похож на тебя, - говорю я, скептически прищурившись.
- Ага.
- Надеюсь, только внешностью.
- И я. Поля... - зовет Илья мягко. Я смотрю на него. - Спасибо.
- За что?
Мы смотрим друг другу в глаза. Мне кажется, что он сейчас скажет что-то важное, искреннее и настоящее. И мне очень хочется это что-то услышать.
Но в этот момент, как назло, начинает вибрировать его сотовый. Не вовремя!
- Извини, это Рубцов, - Илья берет трубку.
