В Кремлевском дворце Москвы проблемы растут из рук вон плохо: неучтенные существа появляются в Сибири, забастовки ведутся в разных городах, а заводы подмосковных артефактов сгорели внезапно. Книга "Я царь" XXVIII — это мрачное приглашение на дно сомнений и неизвестностей, где каждый шаг становится решающим в новой реальности.
— Ну что, начнем охоту, дорогая? — достав мечи, спросил я у Любавки.
Лора предоставила ей местоположение монстров.
— Я готова, — и не дожидаясь моего ответа, молниеносно сорвалась с места и исчезла за деревьями.
— Что с трансляцией?
— Царь только вышел на сцену, — сообщила Лора, подключившись к одному из каналов.
Глава 12
Меня просто отвлекли…
Красная площадь.
г. Москва.
Все было настроено. Камеры готовы. Репортеры приготовились комментировать каждое слово царя. «ЦарьГрад24», «ВечеТВ», «ИмперияФМ», зарубежные каналы, транслирующие в основном на Северную Европу. Красная площадь, оцепленная и усиленно охраняемая, ожидала своего Императора.
В первых рядах в VIP-секторе блистали аристократы, чиновники, герои войны, представители военных родов и магических кланов. Вышитые мундиры, ордена магические перстни — все смешалось в роскошную мозаику.
Слева от сцены стояла принцесса Екатерина в платье из белого шелка, с тонкой диадемой, выкованной из чистого серебра. Она держалась спокойно, но внутри все дрожало. Отчего-то ей казалось, что все пойдет не по плану.
Она обернулась к своим помощником:
— Где Кузнецов?
Помощники переглянулись. Один из них откашлялся:
— Он… вскочил и резко ушел. Сказал, срочное дело.
— Остался только его человек, с которым он пришел. Сейчас он сидит в первом ряду, — добавил другой. — Его представили, как Богдана Кузнецова.
Катя выцепила его в толпе и шагнула к нему. Богдан, высокий, в черной рубашке и плотном жилете, глядел куда-то вверх, будто слушал музыку, звучащую из другого мира. Его лицо было отрешенным, словно ему было неинтересно, что сейчас будет происходить на сцене.
— Где Михаил? — спросила она прямо.
— Сам точно не знаю, он сказал что у него срочное дело, — пожал плечами Богдан.
Катя нахмурилась. Кузнецов никогда не исчезает без причины. Нет, точно случится что-то дурное.
— Как обычно… — выдохнула она, и тут прозвучали торжественные фанфары.
Толпа стихла. Камера навелись. Из-за сцены в сопровождении двух охранников медленно вышел царь Петр.
Он был… Не тот."
"Худой. Лицо осунулось, глаза запали. Когда-то он был как статуя — мощный, прямой и непоколебимый. Сейчас тень себя прежнего, осунувшийся, истощенный. Глаза глубоко посажены, щеки впали, руки дрожали, но голос был твердым, как раньше.
— Дорогие подданные российской империи, граждане. На нашу страну было совершено ужаснейшее нападение — с неба обрушились метеориты.
