Нельзя обижать женщин, но некоторые дела выходят за рамки обычного этического сознания. Метеорит прилетел на Сахалин и не просто так оказался в неподалеку от дома хозяйки, чья реакция была... предсказуема и жестокой. В тени женщины прячется некое-то Нечто, готовое убить всех девочек, когда она не станет свидетельницей....
На фоне окна мелькали какие-то персонажи с видео- и фотоаппаратурой. Похоже, скоро это происшествие попадет во все газеты.
— И что будем делать?.. — спросила Лора. — Это же не есть хорошо для имиджа…
— Ты пока засвети пленку, — распорядился я. — Чтобы наши «друганы» даже случайно не смогли попасть в кадр… А мы, — и я нагнулся к Кате с Настей. — Это нужно как-то… пояснить.
Катя встала. Открыв косметичку, поправила волосы, смахнула пылинку с рукава и подвела ресницы.
— Я все сделаю. Убийцы Петра Первого проникли в отель, там была схватка, наши победили, и все такое… — сказала она, направляясь к выходу.
Вдруг я поймал на себе взгляд — на обочине в окружении журналистов стояла царица Ольга. На отель она глядела с открытым ртом, но стоило нам с ней пересечься взглядами, как она мигом закрыла его."
"Брови поползли вверх, губы сурово сжались. Каблучки ее туфель застучали по асфальту — в направлении нашей кафешки.
— Та-а-ак! — протянула Лора. — Сейчас что-то будет…
Катя уже вышла из кафе, и при ее появлении пресса столпилась вокруг нее. Следом заведение покинула и Настя. В следующую секунду все внимание журналистов было перехвачено младшей частью семьи Романовых.
А тем временем, грозный стук каблучков приближался.
— Может, еще не поздно сбежать? — спросил я, но увы, дверь открылась и на пороге застыла Ольга. Уперев руки в бока она смотрела на своего мужа — они с Валерой допивали уже третью кружку.
— ПЕТЯ!
Оба другана замерли с поднятыми кружками. А затем медленно обернулись.
— Это че… — сощурился Валера. — Твоя что ли?
— Моя, — кивнул Романов. — Оля. Щас орать будет…
— Красотка она у тебя, — кивнул Повелитель вселенных. — Ну… — и хлопнув другана по плечу, он поднялся. — Не пуха! Госпожа…
И он подошел к Романовой.
— Вы нынче великолепны, — и поцеловав у царицы ручку, Валера, немного пошатываясь, направился на выход.
И погрозив ему пальцем, Валера скрылся за порогом. Я тоже решил, что это отличная возможность свалить, и уже ждал его у выхода. А Романов пусть сам выкручивается и объясняет жене «какого, собственно, черта», не маленький уже.
— Накосячил, — кивнула Лора. — Расхлебывай.
— Справедливо…
Но тут возникла еще одна проблема. Только появившись на улице, Валера попал в лапы журналистов.
