Автор
В этой мрачной долине где время замерло, каждый шаг выглядит почти радостным: солнце взошло на горизонте Аризоны, окрашивая холмы роскошными красками. Но в этих праздниках скрываются таинственные и грустные дни, когда жизнь исчезла вместе со старыми городками.
В здании цементного завода были открыты ворота во что-то вроде склада, и там рядами выстроились мешки – не мешки, а что-то вроде больших хозяйственных сумок, как у челноков, заполненных песком. Нет, не песком – готовой цементной смесью, только разницы никакой. В каждом мешке намного больше тонны, здоровые такие.
– Хочешь подушку сделать? – догадался он.
– Точно,– подтвердил я.– Натащим буксиром этих мешков к дверям кузова – и будем бочки сбрасывать прямо на них. А там в обвязку – и дальше эвакуатором, до лодки.
– Не знаю,– сказала Дрика.– Надо аккуратно. В любом случае в реке волны нет, так что… дойдем как-нибудь.
28 апреля, понедельник, утро. Покипси, округ Датчес, штат Нью-Йорк, США
Утро следующего дня встретило нас толпой зомби, все же скопившихся перед забором цементного завода. Байкеры уже заметно напряглись, Лупо вскарабкался в кузов «фрейта» и стоял за пулеметом, направив его на ворота.
Мы же были вымотаны до самого последнего предела – процесс загрузки топлива затянулся до утра. Трудоемкость его заранее мы оценили плохо – груз надо было еще и распределять, чтобы не завалить лодку набок или организовать ей дикий дифферент. В общем, наворочались тяжестей по самое не могу, заставив своим грузом палубу и просторный кубрик.
Более того – на «Туг» все наше богатство не лезло.
У нас же всех руки тряслись после такого ударного труда, а покрытая цементной пылью, мокрая от пота одежда липла к телу.
– Надо отдохнуть,– сказал Сэм после того, как последняя бочка нашла свое место.
Сказал коротко, зато чистую правду: я сейчас даже стрелять не смогу. Кинься на меня мертвец – и мне хана: и промахнусь, и отбиться не смогу.
– Где? – спросил я, тяжело дыша и стаскивая с себя майку: несмотря на ночной холод, мне было жарко.– Лодку ни на секунду не брошу.
