Доктор оставил меня в машине, ушел в подъезд, на входе столкнувшись с каким-то вихлястым и хромающим парнем с тростью. Тот глянул в мою сторону, спросил что-то, но потом отвернулся и пошел к мужику с повязкой. Потом и благодетель мой появился. С собакой. То есть он это собакой величал, а до собаки этому существу еще минимум год расти. С поводка рвался и под ногами активно путался щенок немецкой овчарки, подвизгивающий и полаивающий от избытка чувств. Щенка этого доктор загрузил в багажник, сам опять уселся за руль.
— Ну, с чего начнем? — спросил он, обернувшись ко мне.
— С судна, — решительно ответил я. — Мне бы убедиться, что оно на месте, — тогда за все остальное душа спокойна. А то все сижу и думаю — в штанах я еще или уже без штанов.
— Это мы мигом, — успокаивал доктор. — Городок маленький, всюду рукой подать. К портовому диспетчеру поехали.
«Рено» шустро сорвался с места и выкатил со двора.
— А он нам зачем? — спросил я, озадачившись.
— Узнать, где судно стоит, — немного загадочно ответил доктор.
— Я знаю! — поднял я руку как примерный первоклассник. — Нас в Купеческой гавани пришвартовали.
— Это я и сам знаю, — ответил доктор. — Только гарантий того, что там ваше судно и оставили, нет никаких.
Ладно, таких подробностей портовой жизни я не знаю, местному доктору виднее. Поэтому перевел разговор на другое:
— Ваша? — спросил я, постучав по пластиковой панели перед собой."
"— Нет, моя в нетях обретается, — ответил доктор. — Эта чья-то была, осталась бесхозной, даже с ключами в замке, вот и подобрали. Удобно: с моим ростом головой не бьюсь, и пациента довезти можно, например.
— А с горючкой как?
— Так, — неопределенно машет он рукой. — На своих запасах пока, что называется. Но в пределах Кронштадта мне одной заправки на год хватит, наверное.
— Дизелек? — прислушался я к мотору.
— Он самый.
— Можем солярки налить, если хотите, у нас тонн сто ее в запасе.
— Откажусь, думаете? — усмехнулся доктор.
За разговором доехали до портовой конторы, откуда нас сразу отослали в гавань Базы Литке. Туда ехать пришлось дольше, через зеленую зону, затем мимо каких-то современных домов из красноватого и желтого кирпича. Затем появился длинный причал, где я уже вздоха облегчения сдержать не смог, — «Мариетта» чинно-благородно стояла у стенки, трап был опущен, а на палубе я разглядел голого по пояс Витька, что-то красящего.
— Лучше? — с ехидством спросил меня доктор.
— Значительно, — более чем честно ответил я. — Хотите на борт подняться?
— Нет, спасибо, я лучше с Фрейей прогуляюсь, — отказался он. — Но вы там слишком долго не задерживайтесь, хорошо? И дел хватает, и вам нельзя пока вообще-то.
— Доктор, я мухой.
— Да, скажите своим, чтобы на ночь трап поднимали, вдруг остановил меня доктор.