Автор
Сегодня ты будешь первым шагом на пути к свободе и самореализации в новой роли — а именно так ты и почувствуешь себя: первый рабочий день, первый день независимости. Теплый воздух напоминает о том, что лето не за горами, будто само стремится к свободе после трех недель безот隙ного дождя....
Судя по тому, как часто менялось его настроение в ходе нашего разговора, ему бы самому неплохо провериться у медиков.
— Ему позвонила Изабелла, что пообещала — понятия не имею, но кое-какие документы он вытащил из почты Бессмертного. Жаль, я не сразу узнал, что такой «казачок» в «Буян» затесался. Он много чего интересного нашел, но времени особо не было покопаться. Сроки поджимали.
— Какие сроки? Результаты тендера на следующей неделе только.
— У нас была информация, что уже в понедельник.
— У нас? Да я помню, что и Жора, и Виолетта говорили…
— Мне плевать, что они говорили, они ничего не решают.
Глава 77
— Что было? — автоматически переспросила я и тут же прочитала ответ на лице Елисеева.
— Да я, вообще-то, ни слова не сказал! Ты сама все додумала, но додумала верно. До тебя вообще быстрее доходит, когда все разжевано. Твой прекрасный Кощей, а не я увел твою статью себе на почту."
"Я молчала, пыталась сообразить, возможно ли это. И как вообще реагировать, если он прав. Елисеев, которому принесли пасту, медленно накручивал спагетти на вилку и не отводил от меня взгляда.
— Не веришь — позвони сейчас Бессмертному. Давай, Вась, звони!
Рука сама потянулась к телефону, но я вовремя ее отдернула.
— А я думаю, ты врешь, Вань. Видел, как я прижимала к груди свой ноут, вот и решил проверить, пока я бегала Архангельского искала.
— Да ради бога! Верь, во что хочешь. Сама же спрашивала… Я хотел приколоться, твою фамилию добавить в авторы, но Жора не дал. А весело бы было…
— Олег тебя в порошок сотрет, — тихо произнесла я и не узнала собственный голос.
— Думаешь, он всесильный? Ты ослеплена им, Вась. — Елисеев с деланным сочувствием посмотрел на меня. — Во-первых, через полтора часа я исчезну из этого города. Навсегда. Во-вторых, Кощею долго не будет до меня дела, пусть на дружке твоем и на Павловой отрывается. А в-третьих… — Тут бывший приятель направил в рот очередную порцию спагетти и начал очень медленно жевать.
