В пустом пространстве аэродрома при Красноярске, истребитель князя Есенина неспешно приближается к земле. Солдаты приветствуют его со смирением, но сам герой молчит, уставившись в окно. Дорога до дома кажется бесконечной без мыслей — за исключением одной: если все получится, возможно жизнь возродится....
— Разумеется, — и по щелчку пальцев перед ними появился блуждающий алтарь. — Запрыгивай.
— Секунду, — старик скрылся в темноте камеры. В проход вылетели кандалы.
Затем все двери начали открываться.
— Теперь можем уходить. У них и так будет много проблем…
От автора:Дорогие друзья! Так что там по планам? Сольник пишется, но очень медленно. Так же в разработке две соавторки. Идеи экспериментальные, но обе боярки. Одна по русским народным сказкам, вторая про семью попаданцев. Как вам идеи?
Глава 17
Ноющий Валера
С чего бы начать…
— Мы вернули жителей Китая, — сказала Лора, делая отметку в блокноте.
— Это да, — кивнул я. — А потом хотелось бы, наконец, уехать в свадебное путешествие с Машей и Светой и остальными. Давно пора!
И еще это надо как-то состыковать…
— Сколько у нас там еще дел?
Широко улыбнувшись, Лора показала блокнот со списком. Бумага зашуршала и длинный-длинный лист запрыгал по полу. Да уж, много…
А тут еще и царь напомнил про своего ручного китайского императора, который готов вернуться на трон в любой момент.
— Только пусть они это делают без меня, — буркнул я, поглядывая в иллюминатор.
Остаток полета мы летели занятые каждый своим делом. Романов созванивался с министрами, секретарями и послами и улаживал кое-какие вопросы. Надо было срочно организовать делегацию в Китай для зачистки от остатков магии хаоса и вампиров и входе этого торжественно усадить императора на трон.
Кутузов же разговаривал с супругой и как дите малое хвастался последними подвигами. Не сомневаюсь, что она ему отвечала что-то вроде: «Ух, молодец! Какой у меня растет замечательный супруг! Вот это настоящий генерал!» и прочие сюсюканья.
Нахимов с Чеховым обсуждал болячки, оставшиеся после визита в другой мир. И их разговор как-то сам собой свелся к хвастовству, чьи болячки серьезнее и у кого их больше.
— Ну, Михаил Павлович, а вот эту мозоль видел⁈ Она больше всего твоего научного института! А вот эту⁈
Мы с Лорой только грустно вздохнули.
Анастасию же обступили близняшки с Френсис. И та, завернувшись в плед, с кружкой чая в руке рассказывала, что повидала в том странном измерении. Все три девочки слушали ее с широко открытыми глазами.
А вот Богдан… Он, окруженный элитными бойцами, просто пялился в иллюминатор.
— Красота-то какая… Лепота! Скажи-ка друг! — и он обратился ко мне.
