В этой книге "Я Гордый Часть 3", действие разворачивается в беспокойной ближайшей природной среде. Оленька расстроена и пытается подавить злость, но ее сестра оглушительно кричит от ярости. Пожарище нахлынуло, и теперь их внимание привлечено горящими тушками — раненые животные продолжают издавать еле слышимые звуки....
Но ты задумывался хоть раз, темными или светлыми?
— А это имеет значение?
— Тут все имеет значение, даже кошка, сидящая на дереве. Во всем можно найти смысл, если его начать искать.
— Ты говоришь загадками.
— Зато это заставляет тебя думать.
— И о чем же я должен сейчас думать? —усмехнулся тот.
— Ну вот тебе навскидку один вопрос — почему принца не убил яд пустынного скорпиона? Нет, не так, он его как раз убил, но почему он еще жив?
— Навскидку я могу тебе перечислить тысячу причин, почему.
— Нет, яд был свежий и никто не предал. Более того, он его выпил и умер. Но все еще жив.
— Ты хочешь сказать, что перед нами кто-то иной? Не человек?
— Нет, он Гордеев и живой человек. Уж поверь, я это проверил в первую очередь.
— Тогда я не понимаю.
— Ну вот когда поймешь, тогда и получишь ответы на вопросы.
— Боюсь, уже не получу. Я отдал приказ о его ликвидации.
— Не думаю, что у тебя это получится. Впрочем, это даже хорошо — как раз проверю одну свою теорию.
— Твои теории постоянно выходят мне боком. Я уже жалею, что ввязался во все это.
— Если бы ты не ввязался, то уже был бы мертв, — сверкнул в его сторону глазами старик. — Или тебе напомнить, как ты приполз ко мне, вытирая сопли и слезы? Или как ты проклинал всех, грозя смертью? Радуйся, что хозяин добр, иначе я бы сам раздавил такого слизняка. Когда он придет, молись, чтобы я забыл твои слова.
— Мне безразлично. Не твари тьмы учить меня жизни.
Миг — и мужчина повис над полом. Рука старика крепко сдавила его шею, а в глазах плескалась тьма.
— Следи за своими словами, -прошипел он. — Твою гнилую душу даже низший побрезгует есть. Пошел прочь с глаз моих и без руны не возвращайся! Иначе я исполню то, о чем мечтал, а уж перед хозяином потом повинюсь.
Резкое движение, и тот полетел в угол комнаты.
С трудом поднявшись, он, даже не обернувшись, вышел, опираясь на стену.
— Подожди, мразь. Я все сделаю по слову его, а когда придет время, попрошу в качестве награды твое тухлое сердце.
Поднявшись наверх, он встряхнул головой, отвечая про себя, что уже не так молод, чтобы испытывать подобное два раза за день. Вернувшись в свой кабинет, он вновь активировал браслет, на который вывел карту с несколькими отметками.
Три руны, необходимые для открытия, уже были у него, одну скоро доставят, а вот еще две были пока недоступны.
