Сергей Гордеев возвращается домой после двухлетнего отсутствия и обнаруживает, что все изменилось в худшую сторону. Вооруженный новыми знаниями и навыками, он готов применить их на практике. Герой решает наказать зло самым жестким способом, не останавливаясь ни перед чем. Начинается новый...
Раздел Chitat.online для книги «Я Гордый часть 5» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
Сергей Гордеев возвращается домой после двухлетнего отсутствия и обнаруживает, что все изменилось в худшую сторону. Вооруженный новыми знаниями и навыками, он готов применить их на практике. Герой решает наказать зло самым жестким способом, не останавливаясь ни перед чем. Начинается новый...
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Сергей Гордеев возвращается домой после двухлетнего отсутствия и обнаруживает, что все изменилось в худшую сторону. Вооруженный новыми знаниями и навыками, он готов применить их на практике. Герой решает наказать зло самым жестким способом, не останавливаясь ни перед чем. Начинается новый...
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Хотя, может, и хотели, кто их разберет, этих работников ножниц и игл…
Покрутившись и так, и эдак, я решил, что пришло время сверкать и покорять, поэтому направился тиранить несчастных гвардеек. Ну как, тиранить — я медленно шел по коридору, стараясь не поскользнуться на набежавшей от них слюне, красуясь и делая очень озадаченное лицо. Кто сказал — озабоченное?!!! Нет, я был столпом мысли и отцом русской монархии! Я знаю, как это выглядит — фильм смотрел.
Видели бы вы, как я эстетично морщил лоб, озабоченный думами о великом. В смысле, озадаченный. Ладно, неважно — развлекался я, потому как настроение было отличным, мне нигде не жало и не давило. Ну и то, как я выглядел, мне тоже очень нравилось.
В общем, двигался я прогулочным шагом по дворцу, поймав чувство дежавю. Вот так же, помнится мне, пару лет назад я шел этой же дорогой и заглянул к Верочке… Ноги сами понесли меня в том же направлении. Традиции — это хорошо и нарушать их нельзя. Интересно, а кто сейчас тут медициной заведует?
Знакомая дверь — стучать или нет? Впрочем, я вроде как у себя дома и привык везде входить без стука. Потянул ручку, сердце пропустило удар. Она была тут! Сидя за столом, что-то писала, смешно наморщив лоб.
— Вера Алексеевна, мое почтение, -слегка поклонился я, сдерживая участившиеся стук сердца.
— Ва-Ваше Высочество! — подскочила она. Ручка вылетела у нее из рук и укатилась под стол, а после, сделав пару кульбитов, остановилась у моих ног. Она замерла, а я, наклонившись, поднял ее и положил возле ее руки.
— Прекрасно выглядите, графиня, -тепло улыбнулся я ей.
— Вы тоже, Ва…
— Не нужно официоза. Та, кто не раз спасала меня, может просто называть меня по имени. Я же себе такой вольности больше позволить не могу.
— Почему же?
— Потому что право утратил. Но не будем о грустном. Как поживаете? Слышал, у вас пополнение в семье было? Рад за вас. А тут какими судьбами? Я думал, вы оставили службу.
— Надоело дома сидеть, вот и решила вернуться. К тому же, сегодня большой прием и мои услуги могут понадобиться.
— Будем надеяться, что нет. Мы любим и уважаем лекарей. И все же желаем попадать к ним как можно реже.
— Я тоже так думаю. Значит, ты вернулся, как всегда, в сиянии блеска и славы. Поздравляю тебя со званием и медалью. Я, конечно, многого не знаю, но слышала много хорошего про тебя от гвардейцев. Муж — тот вообще тебя едва ли не боготворит.
— А вы?
— А я? А что я? Я вами горжусь, Ваше Высочество.
— Не надо меня…
— Простите, я так не могу. Между нами теперь пропасть, которую никак не перешагнуть."
"Она подняла на меня глаза, в уголке которых блеснула слеза.
И глянет мгла из всех болот и всех теснин,
И засвистит весёлый кнут над пегой парою.
Ты запоёшь свою тоску, летя во тьму один,
А я, одна, заплачу песню старую.
