В Я Гордый части 6 возвращаемся к удивительной истории дедушки, которого все подозревают в измене своему богу. Глава открывается скандалом и противостоянием между отцами, вызванным уликой о кровавых связях. Каждый шаг настигает главного героя в новой опасной ловушке.
— Что за глупость?!! Вы мои внучки, я люблю вас.
— А зачем ты интересовался моей поездкой? Причем, ты точно знал, что я собираюсь на Север.
— А что, нельзя? Я тоже за тебя переживал. Да отпустите меня наконец!"
"— Виси спокойно. Сейчас верховный волхв приедет и разберется, что ты за человек. Если продался Темным богам, начинай уже сейчас им молиться.
— Мальчишка!!! Глупец, ты даже не представляешь, с какими силами играешь…
— Представляю, дед, представляю. Ты лучше признайся, пока можешь — за сколько продал семью? Что тебе пообещали? Ты же участвовал в их ритуалах — я чувствую на тебе кровь невинных.
— Ты несешь бред, и когда я освобожусь, ты об этом пожалеешь.
— Возможно, но сильно сомневаюсь. Знаешь, я многое могу простить — твою нелюбовь ко мне, хамское поведение, да многое ещё… кроме предательства семьи.
Распахнулась дверь и в нее без всякого объявления о прибытии гостя быстрым шагов вошел Кудеяр.
— Ваши Величества и Высочества, -слегка поклонился он.
Ну да, волхвы — это иная каста, и голову ни перед кем не склоняют, кроме богов. Да и перед ними не сильно-то спину гнут.
— Сергей, — мы с ним обнялись как старые знакомые, под обалдевшими взглядами семьи.
— Кудеяр, — встал отец, чтобы поприветствовать высокого гостя.
Ну да, император владеет телами подданных, а волхвы — их душами. Одно без поддержки другого существовать не может.
— Дима, — приветливо кивнул тот.
— И что тут у нас? — это уже мне.
— Да вон, у стены, смотри, стоит, да рожи корчит. Думаю, темный это. Очень уж от него душами невинных несет. Ставлю рупь за сто, что он лично резал людей. Очень уж аура у него противная.
— Не, это не темный, это одержимый, -приблизившись, он внимательно посмотрел тому в глаза.
— А в чем разница?
— Темный — это маг, пользующийся силой богов. А тут в теле человека сидит бес. Душу-то уже сожрал, а вот уйти не спешит — видать, приказали сидеть.
— Ты хочешь сказать, что мой отец мертв? — резко подошел к нам батя.
— Так и есть, — кивнул волхв. — Это теперь лишь сосуд, в котором поселилась темная сущность. Причем, слабейшая из них.
