В Я Гордый части 6 возвращаемся к удивительной истории дедушки, которого все подозревают в измене своему богу. Глава открывается скандалом и противостоянием между отцами, вызванным уликой о кровавых связях. Каждый шаг настигает главного героя в новой опасной ловушке.
— Мы тебе не плюшевые мишки и не боимся крови, — насупилась Ольга. — И вообще, я не понимаю, что тут происходит. А очень хотелось бы понять!
— Я тебе позже все объясню, милая. Я нисколько не сомневаюсь в том, что вы сильные и храбрые. И тем не менее, прошу вас уйти. Один семь? -переключился я в боевой режим.
— Я, конечно, не Десятая, но кое-что могу, Первый.
— За тебя речи нет, да и твоя помощь может мне понадобиться. Так, все. Времени разговаривать нет. Боюсь, к этой может подоспеть подмога. Сделать она нам ничего не сможет, но дамочку заберут, прежде чем она запоет для нас.
На этот раз они возражать не стали и быстро скрылись в доме. Ну, а я поднял бесчувственную тушку, прислонил ее к стене и зафиксировал ее тело ее же одеждой. Пара ударов по лицу — и она зашевелилась. Попробовала дернуться — не вышло.
— Ты сильно об этом пожалеешь! -придя в себя, зашипела она.
— Не думаю. Сейчас ты мне все расскажешь про Лилит, а после я решу, отправлять тебя твоим друзьям целиком или частями.
— С чего ты взял, что я буду говорить?
— Сейчас поймешь.
Подойдя к ней, я применил Палец Святовита. В отличии от Перста, он ломал не все кости сразу, а по одной, каждые десять секунд. И удобство его было в том, что его действие можно было остановить.
— Пытки меня не страша-а-а-а-а… -заорала она, когда ее палец рассыпался в труху."
"— Начинай считать. Через десять секунд все повторится. Говорят, в теле человека больше двухсот костей. Всегда хотел это проверить на практике.
— Ты больной ублюдо-о-о-о…! — опять начала орать она.
— Один семь, как думаешь, на какой кости она начнет болтать?
— Думаю, еще пару штук точно выдержит. Обычно те, кто любит причинять боль, сами очень ее боятся.
— Да? Прям Пиндосию открыла. Я вот считаю, она не меньше десяти костей выдержит. Вон как патриотично сверкает глазами.
— Да ну нет. Говорю тебе, слабачка она. Прислушайся, тон её воя изменился, сейчас точно начнет колоться.
— Хватит! — промычала та. Из прикушенной губы текла кровь, а в глазах, расширенных от боли, плескался ужас.
— Точно? — переспросил я, прислушиваясь к очередному воплю. Действительно, звучит как-то по другому. — Думаешь, уже созрела? Ну ладно.
Вновь касаюсь лба женщины, снимая действие Пальца.
— Ну давай, пой, птичка, не стыдись. И хорошо пой. Иначе вернемся к бодрящим процедурам.
— Говорила же, что она слабачка, -презрительно скривила губы Янь. — Я сорок костей, помню, выдержала.
— Ты тогда сознание от боли потеряла.
