Автор
В главе 7 "Я Гордый" мы видим обычную семью, где любовь и забота за старшего сына доминируют. Мама встретила его радостно, но сразу же обращается к отцу, волнуясь за ситуацию в школе у Кати. Встреча становится напряженной из-за планов вылета на следующий день.
Порадовавшись силе воли, которая удержала меня на месте и не дала броситься в пучину разврата, я отправился следом, помня, что меня ждет очередное приключение.
Мы с Янь и сыном сели в машину и в сопровождении охраны понеслись по городу, распугивая зевак и терпеливо замирая на красный свет светофоров.
Расчищать нам дорогу я запретил — захотелось мне вот так проехаться, чтобы в спину не плевали те, кто вынужден нас пропускать. Торопиться было некуда, погода стояла отличная.
Притормозив возле кафешки, я купил всем, включая охрану, мороженое, разом сделав ее хозяину дневную выручку.
Янь расспрашивала меня о школе и очень обрадовалась, когда узнала, как я наказал Старших. Она прям смаковала каждое мое слово и кажется, даже возбудилась. Воображение нарисовало ей кнут в моих руках и прикованных к столбу дамочек. Я всегда знал, что ханьцы — те еще извращенцы.
Лю ел мороженое и очень хотел увидеть лошадей. А еще покататься на них, потому как в его понимании настоящий принц должен быть именно на белом коне.
У ворот усадьбы Пржевальских, что располагалась ближе к окраине Новгорода, в спальном районе, нас встречала вся их небольшая семья — сам хозяин, две его жены и Паша с Викой. Раскланявшись со всеми и представив Янь и Лю, я распорядился обращаться ко мне без чинов и званий. Пока я у них в гостях, меня можно называть просто по имени, потому как Паша — мой друг, и негоже его родителям гнуть передо мной спину.
Нас пригласили в летнюю беседку, где уже был накрыт стол. Янь тут же взяла в оборот робеющую Вику и быстро настроила ее на нужный лад. Спустя пару минут девушки уже щебетали, как старые знакомые — ну да, штатный аналитик отряда могла найти подход к любому, за секунды просчитав ситуацию.
Лю, уже вполне сносно разговаривающий на русском, правда, пока путающий склонения, очаровал старших Пржевальских, которые с удовольствием начали рассказывать ему о лошадях, поймав одинаковую волну. Спустя минут десять, старший Пржевальский, подхватив жен и мальчика, повлёк их в конюшни едва ли не бегом.
— Я вас не сильно напряг с этим внезапным визитом? — спросил я Пашу, что с интересом смотрел им вслед.
— Неа. Это родители всполошились — еле успокоил. Я ж знаю, что ты не любишь лишнего официоза.
— Точно. Мы ж не во дворце, где от угодливых лицемеров уже тошнит. Хотя, могу сказать, что теперь их там осталось мало.
