В главе первой части "Я Гордый" мы знакомимся с директором клинингового агентства, который безошибочно осознает свою ненависть к уборке и бытовой химии. Его жизненный опыт и профессиональная роль в сфере чистки делают это описание не просто рассказом о работе, но мрачным отражением трудностей и переложения бремени на человека....
— Кать, а где вообще наши дедушки и бабушки? Наши родители сироты, что ль?
От моих слов она едва не поперхнулась чаем, и мне пришлось постучать ей по спине.
— Я все время забываю, что ты все забыл, братик. Но легче от этого не становится. Особенно когда я слышу твои вот такие вопросы. Но так уж и быть, я тебя просвещу, хотя ты все это спокойно мог найти в рунете.
Наш дед, бывший император, Георгий Павлович отошел от дел уже семь лет назад и вместе с бабушками Валентиной и Екатериной живет в Ливадии.
— А они были на моем дне рожденья?
— Нет, дед себя не очень хорошо чувствует, да и у вас, как бы это мягче сказать… Ну, не самые лучшие отношения.
— Это с чего ж такая немилость? —удивился я."
"— Ну, он тебя считает, скажем так, не сильно умным, а ты его назвал старым маразматиком во время вашей последней встречи.
— За дело назвал или в качестве протеста против диктатуры?
— Если честно, то за дело, но деду это не объяснить. Ну а с мамами все проще — наша из рода князей Васильчиковых — побочная, но сильная ветвь рода Демидовых, мама Ира — Лопухина, а мама Вероника из Наумовых.
— И что же, они вот так просто отдали Гордеевым своих сильнейших одаренных? — не сдержал скепсиса я.
— Нет, конечно, — рассмеялась она. — Когда папа на них женился, они все были не выше воина. А вот потом сильно выросли в рангах. Не знаю, что так влияет, но императрицы всегда сильнейшие в стране. Возможно, это из-за родового камня. Мы, кстати, тоже поэтому быстро в силе растем.
— Это я заметил. «Ах» — и ты уже витязь.
— Это все ты! — ткнула она в меня пальцем. — Всем помог, а мне нет. Может, ну его, это восемнадцатилетие, и ты и в меня впустишь свою силу? Немного, всего на полшишечки.
— Не знаю, где ты набралась таких пошлостей, но даже не проси. Я эту силу не контролирую, и черт его знает, что делать, если что-то пойдет не так.
— Вот так всегда. Как что — Катя, помоги. А как Кате нужна помощь — так терпи и жди, — надулась она.
— Ну ты же понимаешь, что они правы, -сгреб я сестренку и усадил к себе на колени.
Дорогу до полигона я точно теперь смогу найти с закрытыми глазами. Слишком уж много времени я стал на нем проводить. Даже больше, чем в собственной спальне.
