В главе первой части "Я Гордый" мы знакомимся с директором клинингового агентства, который безошибочно осознает свою ненависть к уборке и бытовой химии. Его жизненный опыт и профессиональная роль в сфере чистки делают это описание не просто рассказом о работе, но мрачным отражением трудностей и переложения бремени на человека....
Опа! А вот и мои знакомые девушки, которых недавно вспугнула Люба. Значит, далеко не сбежали.
— Кать, пошли, я тебя с девчонками познакомлю, — сказал я сестре.
— А с какой целью? Хочешь к ним в трусики залезть? — хитро прищурясь, спросила она.
— А если и да? — с вызовом посмотрел я на нее.
— Тогда это святое дело. Пошли. Ща я тебя научу как надо.
Девушки, увидев меня, испуганно замерли и опять собрались дать деру, но сестра как опытный загонщик преградила им путь.
В общем, она им доходчиво объяснила суть да дело, красочно поведала про нападения и здоровую паранойю, сообщила, что вообще-то я не кусаюсь, если не попросят, и в принципе парень хоть куда.
На последнем ее слове я поперхнулся лимонадом и резонно заметил, что хоть куда не надо, а надо куда надо. Каламбур зашел, и вот мы уже под пристальными взглядами охраны прячемся в тени, напрочь игнорируя Любу, которая сверкала глазами метрах в тридцати от нас в попытке прожечь дыру. Но защита в виде Кати работала, потому как мелкая кого хочешь на место поставит, хоть и притворяется няшкой.
В общем, пообщались мы знатно, обменялись телефонами и договорились встретиться вечером на пенной вечеринке. Девушки оказались мелкими местными дворянками из рода Старицких и Мамонтовых, и представились Наташей и Нелей. Ну а дальше мы расстались. Им надо было домой, отдохнуть и переодеться, а я хотел еще поплавать, что в принципе и сделал, предварительно подхватив на руки Любу и швырнув ее в набежавшую волну.
Насладившись ее визгом и проклятьями я сделал вокруг нее пару кругов, изображая акулу, потом укусил за задницу — сильно в роль вошел, ага, — получил кулаком по голове и поплыл к берегу вверх пузом, изображая утопленника.
Катя натурально пустила слезу, охрана поседела и зашарила вокруг в поисках пистолета, что бы застрелиться, ну а мы, стряхнув песок, направились домой. Мне было даже жаль тех, кто отвечал за сохранность наших тушек, потому что я собирался оторваться по полной.
Маму мы увидели на веранде, где она, завернувшись в прозрачное парео, накинутое на купальник, пила чай со льдом и читала местные новости.
Чмокнув ее и попробовав напиток — ни разу не алкоголь, — мы направились к себе. Хот-доги уже переварились и наши организмы требовали более существенной еды.
После сытного ужина я отправился к себе немного поваляться, тоже почитать новости, подумать о жизни в целом и прикинуть планы на этот вечер.
