В главе первой части "Я Гордый" мы знакомимся с директором клинингового агентства, который безошибочно осознает свою ненависть к уборке и бытовой химии. Его жизненный опыт и профессиональная роль в сфере чистки делают это описание не просто рассказом о работе, но мрачным отражением трудностей и переложения бремени на человека....
До запланированного мной похода в кафешку с девочками было еще три часа, так что можно было перекусить. Чем я, собственно, и занялся, направив ноги в место радости и вкусных запахов.
Карыч опять где-то таскался, и я вообще не понимал, кто кому хозяин. Обычно всякие питомцы от своих хозяев и на шаг не отходят, а моему, похоже, было на правила глубоко по фиг. Или он еще не осознал, что халява закончилась? А с животными в академию вообще пускают? А с птицами? Если что, я ему могу скворечник на дереве смастерить. Или вороны в гнездах живут? Надо посмотреть в рунете.
В общем, с утра я был за мир во всем мире и отдельно взятом дворце. Но всякие несознательные личности — не буду показывать пальцем, но это была Люба, — явно не выспались и по этой причины были злы, раздражительны и искали виноватого. И им, конечно же, сразу был назначен я как наиболее ранимый и уязвимый.
Вместо доброй улыбки или, на крайний случай, удара по морде — я уж к этому привык, — она разразилась утренним приветствием, смысл которого сводился к вопросу — с чего это у тебя такое лицо довольное? Пришлось обнять ее, немного потискать, куснуть за ухо, чмокнуть в щечку, погладить по голове и проделать еще кучу разных манипуляций, от которых она расслабилась, раскраснелась и обозвала меня хамом, но уже без прежнего напора и агрессии.
За этим всем с улыбкой наблюдали наши мамы и даже делали ставки, на то, как быстро я управлюсь с сестрой. Не знаю, кто из них победил, но кушали все спокойно и с отменным аппетитом.
— Мы все организовали, сынок, — мама Ира строго посмотрела на меня, но в ее глазах пряталась улыбка.
— Да мне-то что. Главное, чтобы они были довольны. А насчет помощи? Что мы — или я — можем сделать для них?
— Я, если честно, даже не знаю, -задумалась она. — У Дворцовых большое цветочное дело. Половина лавок, продающих цветы в городе, принадлежит им.
— А скажи мне, где учатся девочки? —спросил я, задумавшись.
— Второй императорский лицей, — тут же ответила она.
— Ага, значит, есть и первый, да? И он, наверное, лучший?
— Все верно, — кивнула она.
